Элиас шел впереди нее, их разговор был непринужденным. Он рассказывал о местности, различных деревьях и своих любимых книгах. Ему нравились классические авторы на букву «ф»: Фолкнер, Фитц и Франц Кафка. Он не знал никого из любимчиков Эллии. Она не была этому удивлена – Элиасу нравилась старомодная литература, а она предпочитала то, где есть что-нибудь горячее, и то, где есть драконы, или и то и другое.

Они достигли вершины холма, и Эллия проклинала утреннюю пробежку. Она едва дышала, а ее ноги и задница горели. Девушка мысленно отметила, что ей пора снова заняться силовыми тренировками, а может, даже начать бегать по холмистой местности.

Эллия остановилась, когда перед ней замаячило старое строение. Дом был таким красивым, даже несмотря на вездесущие лозы и облупившуюся краску. Его основание было выполнено из камней, из-за чего казалось, будто здание прорастало из холма. Большое заднее крыльцо расположилось на высоких сваях. Девушка была уверена, что оттуда открывался потрясающий вид. На крыше было несколько навязчивых пиков, которые так любила Эллия, под зеленью леса древесина казалась черной. Эллия вздрогнула, заметив внутри темноту.

– Я была здесь однажды, – сказала она, потирая голые руки. – Ребенком. Сам дом не помню, но припоминаю…

– Оранжерея, – перебил Элиас. Он махнул рукой в сторону большого сооружения. – Вот почему я продолжаю возвращаться сюда.

Перед ними стояла сложная стеклянная конструкция. Там, где оранжерея Эллии была простой и пря-моугольной, эта выглядела мудреной и красивой. На углах крыши возвышалось четыре пика, и еще один стоял в середине. Он был огромным, и под ним расположился фонтанчик.

– Мне сказали, что его построила богатая семья ведьм природы, – сказал Элиас, распахивая дверь. – В большинстве ведьмовских домов в северной части стоит оранжерея. Таким образом, они могут выращивать травы и другие растения круглый год.

– Не знала, что наша прогулка превратится в урок истории, – ухмыльнулась Эллия и зашла внутрь. – Дома в Галифаксе есть оранжерея поменьше, но от нее мало толку. У меня никогда не было предрасположенности к садоводству.

Девушка театрально согнула большой палец.

– Возможно, это изменится, когда ты научишься создавать вещи, – сказал Элиас. – Я никогда не знал свою мать, но моей тете здесь бы понравилось. Оранжерея напоминает мне о ней.

Он никогда раньше не упоминал о своей семье.

– Не думаю, что у кого-то из членов моей семьи были навыки растениеводства, – ответила девушка, не зная, что сказать после того, как он упомянул свою мать. Эллия не любила говорить о семье.

– А что насчет твоей мамы? – спросил мужчина, и Эллия сжалась.

– Я бы предпочла пропустить этот разговор, – ответила она с легкой улыбкой. – И об отце тоже.

– У каждого из нас есть семейные трудности, – сказал Элиас. – Важно лишь то, как мы их преодолеваем.

– Я не сожалею о родителях, – резко ответила Эллия. – Только о том, что моя бабушка не вмешалась раньше.

После этого комментария мужчина вгляделся в ее лицо.

– Ладно, – произнес он, сменив тему. – Если бы ты могла вырастить что угодно, что бы это было?

– Сыр, шоколад и кофе, конечно же, – ответила Эллия с легкой улыбкой. – И паста.

– Может быть, мы попробуем создать что-то из перечисленного, когда ты одолеешь яблоко, – сказал Элиас, посмеиваясь.

Эллия обрадовалась этой легкой и светлой теме разговора. Слухи о ее родителях проникали в каждый уголок этого городка. Она никогда не бывала здесь вместе с ними. Девушка была благодарна, что они не омрачили своим присутствием счастливые воспоминания, хотя и усердно пытались.

Следующим утром Эллия бежала чересчур медленно. Она плохо спала и проклинала за это своих родителей. Простое упоминание наполнило ее сны одними из худших воспоминаний. На самом деле она надеялась столкнуться с Росом, чтобы отвлечься. Нет уж. Она покачала головой, чтобы избавиться от нелепости своего желания. Надеюсь, что Рос… Бр-р-р.

После двадцати минут бега и отсутствия каких-либо признаков гигантского придурка девушка начала волноваться. Хотя у нее не было причин для беспокойства, это чувство засело внутри. Может быть, она могла бы прокрасться в его хижину и посмотреть, дома ли он. Не разговаривать с ним, просто посмотреть. Приняв это решение, Эллия пошла по одной из лесных троп, ведущих на его сторону озера.

Эллия дважды пробежала мимо его дома, прежде чем осмелилась шагнуть на подъездную дорожку. Она бежала трусцой, пока не приблизилась к старому зеленому пикапу. В хижине не было никаких признаков присутствия Роса. Она стояла в сотне футов от входной двери, пытаясь найти хоть одну причину, чтобы подойти поближе. Ничего не приходило ей в голову, кроме беспокойства и любопытства – двух вещей, которых у нее не должно было возникать по отношению к Росу. Девушка повернулась, решив уйти и позже спросить Билли, не упоминал ли Гарм что-нибудь. Эллия остановилась, когда ее внимание привлекло движение у входной двери. Она собиралась побежать, когда заметила большой темный глаз, смотревший сквозь стекло.

Дурацкая ухмылка на лице смотревшего избавила ее от беспокойства… Да, определенно нужно сваливать. Девушка уже собиралась отвернуться и уйти, когда Рос распахнул дверь. На нем были лишь серые спортивные штаны, и выглядел он так, будто его пропустили через мясорубку.

– Что, черт возьми, с тобой случилось? – закричала Эллия громче, чем собиралась. Парочка птиц вспорхнули со своих веток, и девушка прикрыла рот.

– Я знал, что ты будешь скучать по мне, – ответил Рос, и его улыбка каким-то чудом стала шире. Она не знала, как он улыбается. Он проковылял на крыльцо, и утренний свет озарил страшные увечья.

Правый глаз Роса посинел и заплыл. Плечо выглядело так, будто его пожевали, а следы укусов покрывали обе руки. Его ребра также были в синяках, а на животе была рана, уходящая под пояс штанов.

– Что? Скучала? – ответила она, пытаясь скрыть свой ужас. – А если серьезно, что, черт возьми, произошло?

– Небольшая заварушка, – произнес Рос, махнув рукой. – Ничего такого, что нельзя было бы вылечить за несколько дней.

– Небольшая? – Она уставилась на него. – Ты выглядишь так, словно сходил на прогулку с драконом.

– Не драматизируй, принцесса, – сказал Рос, улыбнувшись. – Но твоя забота греет мне сердечко.

– Тащи свою задницу в дом, пока не распугал лесных тварей, – раздался мужской голос из хижины. Эллия выпрямилась. Она никогда не видела Роса ни с кем, кроме Гарма.

– Ты собираешься просто стоять здесь? – спросил Рос. – Входи. Я сниму штаны, а ты поможешь обработать кое-какие раны. – Девушка нахмурилась, глядя, как он игриво пошевелил бровями.

Эллия ждала, что ее что-то остановит, но ничего не произошло, и любопытство заставило ноги двигаться по направлению к хижине. Она не знала, чего ожидать, когда вошла в парадную дверь, но не это удивило ее.

Каждая поверхность богатого деревянного интерьера была заставлена. Черные полки тянулись вдоль стен и были заполнены книгами, статуэтками, артефактами и стеклянными вставками. Если полки не было, то на ее месте висело произведение искусства. Для такого количества вещей дом был очень опрятным. Такое ощущение, что музей спрятал в этом месте свои экспонаты.

Мужские голоса отвлекли ее внимание от банки с чьим-то пальцем. Девушка вздрогнула и последовала за голосами в гостиную. На черном шерстяном ковре стоял большой зеленый диван. На нем сидел очень красивый мужчина. Он встал и оказался таким же высоким, как Рос. Его черные волосы были аккуратно выбриты по бокам и идеально взлохмачены сверху. Миндалевидные глаза сузились, когда он улыбнулся. Парень также был с ног до головы покрыт синяками. Но, в отличие от Роса, он был полностью одет.

– Привет, – сказал он, протягивая загорелую руку. – Я Сэм.

– Меня зовут Эллия, – ответила она, пожимая руку и стараясь не смотреть на него.

– Я знаю, – произнес Сэм с ухмылкой, – я много о тебе слышал.

– Серьезно? – Рос застонал. – Он сказал тебе всего пару слов и уже узнал имя?

– Да, – ответила девушка. – Он в миллион раз симпатичнее и не нахмурился, когда впервые увидел меня.

Сэм рассмеялся, но быстро остановился, словно ему стало больно.

– Она мне нравится, – произнес он, потирая грудь. – Не убивай ее.

22 Рос

22

Рос

Рос не собирался ее убивать, но магия и сила девушки нуждались в освобождении. Даже сейчас он видел, как ее сила умоляла об этом. Эллия хоть осознала это?

Рос часто забывал, что в его голове идет битва. Как только он увидел ее, то совершенно забыл, что она может стать его следующей миссией, что ее силы могут вынудить его принять меры. Эти дерзкие серые глаза вонзались в его душу, прерывая эти мысли. Эллия не задумываясь напала бы на него словесно и физически, но сегодня она пришла и беспокоилась о нем.

Рос не знал, как поступить и что чувствовать. Мысли отвлекли его от разговора, и теперь Сэм и Эллия смотрели на него так, словно у него выросли жабры.

– Прости, что ты говорил? – спросил Рос. – Я отвлекся, осознав, что у Эллии выросло сердце и она пришла меня проведать.

Эллия подняла взгляд к небу, словно умоляя о терпении.

– Сэм собирался рассказать мне, почему вы оба выглядите так, словно вас пропустили через мясорубку, – ответила она, уперев руки в бока и глядя на них таким пристальным взглядом, что Рос почувствовал, как Сэм отпрянул. Как она могла стоять в комнате с двумя самыми большими и опасными мужчинами и оставаться совершенно невозмутимой? Невероятно.