Лина невольно подумала о записке, которую написала для своего будущего я. Но даже если она и называла его так, настоящего дома Хранительница времени не предлагала. Да и как она могла? В ее словах прозвучала невысказанная угроза. Может быть, презрение, которое она с трудом скрывала. Во рту Лины пересохло.
Ксавьер спас ей жизнь, но он сделал это по поручению своей руководительницы. Как она могла предположить что-то иное? Глава отдела ревизии был и остается верным слугой правительницы, хранителем ее тайн. Он никогда не был на стороне Лины. Хранительница времени протянула руку, чтобы поприветствовать ее. Лина отступила на несколько шагов.
– Ты немного усложнила нам работу, но еще не все потеряно, – сказала Хранительница времени, не обращая внимания на поведение Лины.
Ее взгляд вызвал перед глазами Лины страшную картину аварии. Эта женщина пустила Гарри Кинга по следу ее матери, чтобы заставить ее вернуться. Она и пальцем не пошевелила, чтобы предотвратить смертельную аварию. Она отняла у Лины семью. И теперь пыталась заполучить Лину. А все потому, что со смертью Реи ее магические силы перешли к Лине. Она ненавидела эту женщину, которая так хладнокровно играла с ее жизнью. Умело дергая за ниточки, полагая, что сможет манипулировать Линой.
Хранительница времени, видимо, отчетливо ощутила чувства Лины.
– Я пошла тебе навстречу и привела сюда твою маленькую подружку. Она очень одаренная. Никто из наших подопечных никогда не понимал и не воссоздавал хронометры так быстро. Такого человека мы можем использовать в наших рядах.
– Использовать, – горько повторила Лина. Именно в этом и заключалась проблема. Хранительница времени оценивала людей исключительно по тому, полезны ли они для целей Невидимого города.
– Ты уже поняла, зачем я привела тебя сюда?
Лина сжала губы.
Хранительница времени поморщилась.
– Все такая же вспыльчивая, – укоризненно сказала она. – Что еще должно произойти, пока ты наконец не примешь свою судьбу? У тебя есть лишь два выбора. Либо ты работаешь на Кинга, либо на меня. Третьего не дано.
Лина не ответила. Ничто не заставит ее передумать.
– Я ни на кого не работаю, – сказала она. – Я просто хочу домой.
Ее разозлило, что она прозвучала как избалованная девчонка.
– Мы не можем выбирать свою роль в жизни, – сказала Хранительница времени. – Ты – нет. Как и я. – В ее взгляде появилось разочарование. – Это моя ошибка. Я переоценила тебя. Человеческая кровь в тебе делает тебя слабой и мешает ясно видеть ситуацию.
В Лине бушевала ярость. Никогда в жизни она не подчинится Хранительнице времени. Никогда, никогда, никогда. Она развернулась и помчалась прочь. Никто не посмел остановить ее.
– Ты как маленький ребенок, закрывающий глаза, – крикнула ей вслед Хранительница времени. – Открой глаза, Лина. Просто потому, что ты убегаешь от последствий своих поступков, это не значит, что они перестают существовать.
Неохотно Лина остановилась. Даже если ей и не хотелось признавать, она понимала, что Хранительница времени права.
– Каждой секундой сомнений ты делаешь только хуже, – предупредила Хранительница времени.
Ее голос эхом отражался от стен и обрушивался на Лину со всех сторон. Голова Лины грозила взорваться. Она понятия не имела, что ей делать.
– Посмотри на мир снаружи. Люди видят, что так продолжаться не может, и все же ничего не меняют. Без нашей помощи они сами себя погубят. «Агентство ударов судьбы» сейчас важнее, чем когда-либо.
Лина боролась с чувством глубокого отчаяния, которое поднималось в ней.
– Что еще должно произойти, прежде чем ты поймешь, что все, что мы делаем, имеет последствия? Но прежде всего то, чего мы избегаем. Люди всегда принимали все как должное. Воду, льющуюся из их кранов, траву, которая процветает в их парках, еду на тарелках, здоровье и экономическую стабильность. Они не ценят, что у них есть. Веками они живут в убеждении, что завтра их жизнь будет выглядеть так же, как сегодня. Мы единственные, кто может помочь им сейчас. Но мы сможем это сделать, только если вернем Невидимый город.
Лина поняла. То, что сказала и чего хотела Хранительница времени, было по сути правильно, но ее конкретные планы были жестокими. По ее мнению, отдельная личность ничего не значила. Она требовала от своих подданных полного подчинения.
– Данте у них, – внезапно сказала она. – Ты сможешь спасти его, если будешь работать со мной.
Лина тяжело сглотнула. Она засомневалась – и этим показала Хранительнице времени, что восприимчива к таким обещаниям. Как бы то ни было, ее шантажировали, используя любимого человека.
Хранительница времени кивнула.
– Именно поэтому у нас есть правила. Чувства делают нас слабыми. Мы не сможем принимать решения в общих интересах, если будем руководствоваться эгоистическими мотивами. – Хранительница времени рассмеялась. Ледяным смехом, издеваясь над Линой. – Любовь делает тебя уязвимым. Любовь разрушает способность ясно мыслить. Любовь позволяет тебя шантажировать.
– Любовь – единственное, что имеет значение в жизни, – бросила ей Лина и отвернулась. Хватит с нее нотаций.
– Ты не можешь убежать от себя, – сказала Хранительница времени.
Лина ее не слушала. Она решительно направлялась к двери. Прежде чем покинуть зал, она снова услышала голос Хранительницы времени.
– Чем поможет любовь, если ты мертв, – жестко сказала она.
Лина остановилась как вкопанная. Медленно она обернулась.
Задумчиво с непроницаемым лицом, Хранительница времени налила себе еще бокал красного вина. Она окунула кончик пальца в темную жидкость и начала водить пальцем по краю бокала. Чистый, светлый звук взметнулся высоко под своды, отскочил от кирпичных стен и закружился по коридорам, прежде чем вернуться эхом, создавая странное двухголосное звучание. Особая акустика превратила комнату в волшебный собор. Хранительница времени заставляла звук усиливаться и затихать до тех пор, пока тишина и звук не слились воедино. Лина едва осмелилась вздохнуть, чтобы не разрушить мгновение. Она собиралась с мыслями. От печальной красоты странной музыки у нее по коже поползли мурашки.
Внезапно Хранительница времени подняла бокал. Суставы ее пальцев побелели – так крепко она обхватила его, пока тот не раскололся с пронзительным треском. Кровь закапала на белую скатерть. Хранительница времени даже не вздрогнула.
– Сильно не затягивай с этим, – ее голос разлетелся по залу. – Ты знаешь, где меня найти, если захочешь извиниться.
33. All I Want For Christmas[3]
33. All I Want For Christmas[3]
Лина выскочила на улицу и, ослепленная ярким солнечным светом, помчалась дальше. Ее надежда встретиться с Бобби по адресу, указанному в заказе пиццы, потерпела крах. Она еще с родителями? В страхе бежала она по улицам. Ее голова кружилась от событий и информации, которую она получила в последний час. Она должна найти Бобби!
– По-моему, ты не в порядке, – сказал голос в ее голове. Лине понадобилось мгновение, чтобы понять, что на этот раз это голос датчика. Про маленькую трубку в ухе она давно забыла.
– Говорит LOL, твое эмоциональное приложение. Я здесь, чтобы улучшить твое настроение, – прошептал голос.
Эта компьютерная программа сообщает об эмоциональном состоянии человека? Как будто она сама не знает, как себя чувствует. И советы ей совсем не нужны.
Приложение снова заговорило:
– Как дела? Назови число по шкале от одного до десяти, чтобы оценить собственное душевное состояние.
– Как дела? Как дела? – раздраженно повторила Лина. Она сердито покачала головой. Разговор с Хранительницей времени повлиял на нее. – Просто заткнись.
– Лучше ответь, – выдавил из-под маски прохожий рядом с ней.
Лина удивленно взглянула на него. Неужели мир сошел с ума?
– Они не оставляют в покое, – предупредил прохожий, прежде чем уехать на одноместном такси.
Лина взвесила свои возможности. Она вспомнила, что говорил один из мужчин в спортивном зале. Если она не ответит, можно опасаться, что через какое-то время приедет скорая помощь, чтобы спасти ее.
– Как дела у тебя сегодня? – снова отозвалось упрямое приложение. – По шкале от одного до…
– Один, – прервала Лина.
Она была раздражена. Как еще ей себя чувствовать, когда она только что обнаружила, что оказалась зажата между Хранительницей времени и Кингом?
– Один, один, один, – повторила она вслух и тут же получила возможность пожалеть о своем решении.
Система тут же начала бомбардировать ее предложениями, которые должны были поднять ей настроение.
– Спой песню, – велело приложение.
Лина рассмеялась. Теперь она знала наверняка: мир сошел с ума.
– Пой.
– Ни за что.
– Рождественскую песню, – требовало приложение.
– Сейчас май.
– А твое настроение ниже плинтуса, – сказало приложение.
– Пение рождественских песен мне точно не поможет. Я буду чувствовать себя только хуже.
– Ты это уже делаешь, хуже не станет. Пой!
– Я не буду петь рождественскую песню в мае!
– Неудивительно, что ты грустишь. – Голос и в самом деле звучал недовольно.
– А если я хочу грустить? – проворчала Лина.
– Никто не хочет грустить.
– Я уже́.
Лина попыталась отключить голос. Должна существовать возможность отказаться от этого. Но ей даже не удалось вынуть датчик из уха. Эта штука застряла там.
– Пой – настойчивый голос настаивал на своем. – Рождественскую песню.