Однако наиболее поразившая ее вещь произошла на главном рынке. Старого здания, в котором когда-то находилась аптека Веннингера, больше не существовало. У Бобби было смутное представление, как это могло произойти. Не только будущее изменилось из-за вмешательств в прошлое. Но и 1900 год также был затронут, ведь, например, с точки зрения древних египтян, это было далекое будущее. Изменения распространялись повсюду. Все времена были охвачены разрушительными переменами. Нужно было срочно что-то делать.
Вблизи вокзала Бобби стала медленно пятиться назад. Постепенно, пока не оказалась в самом конце своей группы. С каждым шагом Бобби чувствовала себя все увереннее. К сожалению, она не подумала, что без защиты группы стала легкой добычей.
Соблюдать правила было проще на словах, чем на деле, у жителей того времени были свои цели. Перед булочной толстая круглолицая женщина пыталась заманить ее внутрь.
– Мы рады, когда к нам заглядывают, – заговорщически прошептала она. – За небольшое пожертвование.
– Вы больше не продаете хлеб? – с любопытством спросила Бобби.
– Нет времени, – сказала женщина. – Так я зарабатываю больше, и туристы любят давать чаевые. Хотя им и нельзя этого делать.
Как и в будущем, в этой версии города были заполнены не все магазины. Повсюду бродили сомнительные фигуры из портового района, всегда готовые выклянчить деньги у любопытного туриста.
– Сможешь разменять? – маленький мальчик подошел к Бобби сбоку и протянул ей содержимое своего кармана.
Бобби узнала пеструю смесь из немецких валют, которыми обычно можно было любоваться только в музее за стеклом. Рейхсмарки, ренты, денежные купюры союзных держав, немецкие марки, старые гроши Средневековья, даже золотой талер был при нем. Если бы мальчик сохранил эти монеты и купюры, его потомки в дальнейшем сделали бы на этом целое состояние. Если дальнейшее еще существовало. Со всех сторон подходили люди, которые хотели от нее денег. Она еще размышляла, как избавиться от назойливых нищих, когда чья-то рука схватила ее за воротник. Экскурсовод ее заметил.
– Что ты опять творишь? – раздраженно спросил он. – Мы держимся всей группой вместе вплоть до станции Аугустенквелле. Наш тур не закончится, пока мы не вернемся к пассажирскому терминалу.
Бобби взглянула на него. Иногда не так уж плохо быть путешественником. Гид отведет ее именно туда, где она должна встретиться с Линой и Данте.
45. Ворота во время
45. Ворота во время
– Сюда, пожалуйста, – попросила Лину госпожа Айзерманн. После бесконечного ожидания ее, наконец, провели в соседнюю комнату. Надежда наконец-то получить в руки хронометр после часов, проведенных в бесчисленных залах ожидания, рассыпалась в прах. За дверью оказался бесконечный коридор. С открытым ртом Лина шла вдоль ряда дверей, за которыми скрывались комнаты.
– Это, так сказать, наше меню, – объяснила госпожа Айзерманн.
Светодиодные экраны на каждой двери показывали, какая дверь служила входом в какое путешествие. Как только ты подходил ближе, на них появлялись короткие рекламные ролики. В двух комнатах предлагались концертные туры, классические или современные, другие двери рекламировали сафари с динозаврами или экскурсию под названием
– Теперь перейдем к практической части твоих обязанностей, – сказала она. – Обслуживание клиентов. Важно привлечь наших клиентов многообразием возможностей и подарить им индивидуальный, уникальный опыт.
Данте быстро показал Лине большой палец – видимо, как экскурсовод, он был на шаг ближе к цели заполучить хронометр. Затем он последовал за молодой женщиной через дверь, за которой устанавливались связи со знаменитыми людьми современной истории.
– И такие кабинеты есть во всех временах? – ошеломленно спросила Лина.
Госпожа Айзерманн кивнула:
– Конечно, в прошлых веках предложение гораздо более ограниченное. Убеди средневекового человека, что он не упадет с края света, если покинет свою деревню. Мы – крупнейший филиал во всем мире и во всех временах.
– Вы сами тоже путешественница во времени? – спросила Лина.
Госпожа Айзерманн, смеясь, покачала головой.
– Штаб работает только с временными сотрудниками, которые могут быть уволены в любой момент. Если честно, я никогда не встречала настоящего путешественника во времени.
Лина решила ее не удивлять.
– Я уже знаю, куда хочу, – сказала она. – Я хочу в 1900 год.
– У нас есть гораздо более интересные предложения, – озадаченно ответила госпожа Айзерманн. – 1900 год – не очень хорошее время для молодой девушки. – Она открыла дверь справа. – Посмотри сначала, что еще может предложить история города.
С любопытством Лина вошла в комнату и вздрогнула. На мгновение она оказалась в Невидимом городе. На высоких стеклянных полках покоились сотни голограммных книг, запечатлевших историю ее города: особые исторические события, городские праздники в разные века, быт, архитектура и многое другое.
– Мы получаем наши предложения из штаба, – объяснила госпожа Айзерманн, уловив заинтересованный взгляд Лины.
– По почте? – с фальшивым удивлением спросила Лина.
Госпожа Айзерманн открыла зеркальную дверь и показала Лине механических сов, находившихся за ней.
– Наш верховный руководитель предпочитает старомодный стиль, – сказала она.
Ее старая учительница, видимо, настолько привыкла к дронам, что не заметила в птицах ничего волшебного.
– А когда я получу хронометр? – нетерпеливо вырвалось у Лины. Она сразу поняла, что спрашивать такое вслух было тактической ошибкой.
Амалия смерила ее ледяным взглядом.
– Ты выбираешь одну из голограммных книг. Мы передаем запрос в штаб. Как только мы получим одобрение, можно начинать.
– А хронометры? – спросила Лина, на этот раз более спокойным тоном.
– Получишь от своего личного гида, – сказала госпожа Айзерманн. – Мы предоставляем трансфер в «Совиную нору».
Лина вспомнила о своей самой первой поездке с Данте и о разбитой машине. Вероятно, при правлении Кинга у них появились новые такси?
– Я хочу в 1900 год, 15 мая, – уверенно сказала Лина.
– Как хочешь. – Госпожа Айзерманн равнодушно пожала плечами, взяла с полки книгу, о которой шла речь, и отсканировала штрих-код. Как и в супермаркете будущего, путешествие во времени началось с писка.
– Ты зарегистрирована как личная гостья Хлои Веннингер, – сказала она. – Не забудь вернуться через час.
Лина кивнула. Она воздержалась от расспросов, что произойдет, если она опоздает. Она не собиралась снова возвращаться в будущее.
Госпожа Айзерманн провела ее между стеллажами.
– Еще одна дверь, – разочарованно сказала Лина.
– Последняя, – объяснила госпожа Айзерманн и толкнула ее.
Изумленная, Лина вошла в подземный вокзал. Обернувшись, она увидела тот же длинный ряд дверей, что и в коридоре. Время от времени одна из них открывалась, и клиенты входили на станцию. На табло значился следующий пункт назначения: пассажирский терминал «Совиная нора».
Лина в очередной раз удивилась странному названию, которое ей ничего не говорило.
– Все наши путешествия заканчиваются и начинаются там, – сказала госпожа Айзерманн, собираясь оставить ее одну.
– Время в пути составляет восемь минут, – добавила она и исчезла за дверью.
Пассажирский терминал «Совиная нора»? Очевидно, что рядом со станцией Аугустенквелле находилась своего рода пересадочная станция за пределами времени, потому что все эти клиенты прибывали из разных комнат с разными заказами. В этот момент из темной трубы раздался негромкий шум, по платформе пронесся холодный ветер. Ярко-красный поезд, въезжавший на станцию, напоминал гигантский пузырек с таблетками, на воздушной подушке он ехал через подземный высокоскоростной туннель. Дверь футуристической капсулы распахнулась. Лина огляделась. Куда же делся Данте? Она не могла уехать без него.
Внезапно над платформой раздался громкий голос. Рыжеволосый мужчина громко жаловался молодой сотруднице из приемной. Сразу за ними шел Данте. На руке у него висел красный пиджак. Ему больше повезло в устройстве на работу, чем с первым клиентом.
– Я уже все видел, – свирепствовал мужчина, который в светлом костюме и с откинутыми назад волосами казался большим снобом. – Фараонов, царей и императоров. Я присутствовал на речи Джона Кеннеди, Мартина Лютера Кинга и Махатмы Ганди. А теперь вы хотите, чтобы я отправился на премьеру Моцарта? У вас нет ничего более захватывающего?