Он бросился к эскалатору, который заменил 365 перекошенных ступеней, чтобы облегчить спуск туристам, которые были не настолько сильны, чтобы спуститься самостоятельно.
Первый этап пути пройден. Они добрались до Невидимого города. Лина обменялась быстрыми взглядами с Данте. Вариантов нет. Молча они направились вниз.
50. Все продается
50. Все продается
– Все это слишком просто, – сказал Данте.
Его сильно нервировало, что они совершенно беспрепятственно смогли войти через большие ворота в город, заключенный в тиски ледникового периода. Температура опустилась намного ниже нуля. Повсюду работали службы расчистки, очищающие дороги от льда. Радиаторы отопления заменили уличные фонари, чтобы сделать пронизывающий холод более терпимым для туристов. Те немногие путешественники во времени, которых они встречали на улицах, спеша проходили мимо, не проявляя к ним ни малейшего интереса. Легко было отличить настоящих путешественников во времени от посетителей. Пока те немногие невидимки, которые еще показывались на улицах, в легкой одежде спешили по улицам, плотно закутанные туристы неспеша прогуливались по восьмиугольнику.
Тем не менее Лина, не столь талантливая в том, чтобы быть невидимой, в отличие от Данте, пряталась в толпе туристов. Бобби, как новоприбывшая, почти не рисковала, чтобы быть узнанной. Однако, чем дальше они продвигались в город, тем яснее становилось, что никакая маскировка не нужна. Всякий раз, когда они встречали знакомые лица, они смотрели в пустые глаза. Новый Хранитель времени проделал большую работу по уничтожению коллективной памяти путешественников во времени. Никто не обращал внимания ни на Лину, ни на Данте. Только совы, зловеще собравшиеся на покрытых льдом деревьях, не выпускали их из виду. Словно чего-то ждали.
Все продавалось, и все было продано. В гостиницах жили только туристы, зеваки со своими камерами заполняли улицы. Магазины в среднем восьмиугольнике теперь были приспособлены исключительно для потребностей туристов. Секонд-хенды уступили место ресторанам, бутикам с зимней одеждой и сувенирным лавкам. Изображение с планировкой Невидимого города украшало брелоки, кружки, ручки, бейсболки, шапки-ушанки, перчатки, толстовки и футболки, с напечатанными фразами, которые даже в нынешнее время уже казались старомодными: «
Были даже футболки, на которых постоянные клиенты «Путешествий во времени Кинга» могли отмечать те туристические горячие точки, которые они уже посетили, тканевой краской: пирамиды Гизы, «Титаник», Всемирный торговый центр, Эйфелева башня, Берлин 1920-го. В самом низу большими заглавными буквами в качестве главного пункта значился:
Данте старался пройти мимо всех этих дрянных сувениров. Неуважение к его родине невероятно злило его, и он охотно излил бы свое негодование на бесчисленные стойки и полки с сувенирами. Но он сумел взять себя в руки, и поэтому они без труда добрались до третьего восьмиугольника, который был превращен в квартал строгого режима. Сердце Невидимого города вокруг Купола строго охранялось и туда было не попасть. Никто не имел туда доступа. Похоже, даже служба питания, как можно было понять по происходящему.
Перед входом маленькая азиатская девушка с радужными волосами и сервировочной тележкой возмущалась, что ее больше не пускают.
– Тот, кто питается только таблетками, – плохой человек, – прогремел по переулкам ее сердитый голос. Это была Коко.
Разочарованно она развернулась и потащилась прочь. Данте подождал, пока она немного отойдет от охранников. Затем тихо свистнул. Коко обернулась. На ее лице мелькнула улыбка, когда она заметила команду из трех человек.
– Наконец-то, – вздохнула она и подошла к Данте, Лине и Бобби.
Данте испытал невероятное облегчение, что Коко все-таки узнала его.
– Я снова в форме, – сказала она, постучав себя по лбу. – Я первой прошла через перепрограммирование, думаю, поэтому сейчас я знаю больше, чем другие невидимки.
Данте обнял ее, и Лина с Бобби тоже радостно ее поприветствовали.
– Ребята, вы не очень-то и торопились, – пожаловалась Коко. – Я уже думала, что мы никогда не избавимся от Хранителя времени.
51. Комната на чердаке
51. Комната на чердаке
– Я каждый день ждала, что ты вернешься, – сказала Коко Данте. – Я уже все организовала.
Данте и две девушки последовали за Коко в крошечную подсобку на чердаке над столовой, где она теперь жила. С тех пор как туристы заняли гостиничные номера, для невидимок едва хватало места в городе.
– Волноваться не стоит, мы здесь в безопасности, – сказала Коко. – В данный момент я совсем одна на этаже. Мои соседи по комнате снова на перепрограммировании.
– Снова? – спросил Данте.
Коко кивнула.
– Между прочим, есть такие, кто уже четыре раза проходил через это. Любая маленькая ошибка наказуема. Новый Хранитель времени ужасно вспыльчив.
– Она печально прикусила губу. – Здесь ничего не осталось, как прежде.
Из глубин своих брюк карго она достала шоколадный батончик, разделила его на три части и передала кусочки своим гостям.
– Кто не ест, тот все равно плохой человек, – повторила она. – Новый Хранитель времени панически боится, что его отравят, и питается только какими-то таблетками.
Покачав головой, она вышла из комнаты:
– Я организую нам что-нибудь для ночлега.
Бобби поспешно последовала за ней, чтобы помочь. Бобби хотела использовать любую возможность получше узнать Невидимый город. Казалось, она впитывает все, как губка.
Данте и Лина тем временем прикидывали свои возможности. Подсобка Коко оказалась не только хорошим укрытием, но и идеальной базой. В комнате было лишь одно окно размером с амбразуру, но оно выходило на часовой магазин и Купол. Данте поразился, как предусмотрительно и стратегически Коко выбрала свое новое жилье. Отсюда можно было прекрасно наблюдать за происходящим вокруг Купола. Бок о бок Лина и Данте стояли на коленях перед крошечным окошком, так близко друг к другу, что их плечи соприкасались. Кинг жил совершенно уединенно. Никто не входил в запретную зону, никто не выходил. Если они хотят приблизиться к хронометру с номером 0001, то первым делом должны пройти мимо охранников – это первый шаг на пути к сердцу времени.
Вскоре Бобби и Коко вернулись из соседних комнат с матрасами. Они убрали метлы, тележки для уборки и чистящие средства в угол, чтобы освободить пространство для дополнительных спальных мест.
– Как домики в лыжном лагере, – сказала Бобби. – Одно хорошо, что мама не может звонить сюда ежедневно. Я действительно не знала бы, что ей сказать.
Она болезненно поморщилась, заговорив о матери. Нетрудно было догадаться, что она гадала, сможет ли когда-нибудь вернуться к своей семье.
– Каково это, жить с мамой? – заинтересованно спросила Коко.
– Прежде всего, утомительно, – сказала Бобби. – Но и зачастую очень приятно.
Коко наклонила голову и сделала грустное лицо.
– Ты можешь навестить меня, когда все это кончится, – сказала Бобби.
В глазах Коко виднелась жажда другой жизни. Она вздохнула.
– Калории утешают, – резко сказала она, затем выбежала и через несколько минут вернулась с тарелкой фруктов, которые она разложила в радужных тонах.
– Если бы я была человеком, я бы начала вести аккаунт с едой в Instagram, – с гордостью объявила она. – Думаю, что у меня было бы много лайков.
Данте посмотрел на нее. Коко как-то изменилась. Возможно, охранники были правы, и с перепрограммированием Коко что-то пошло не так. Когда он посмотрел на нее внимательнее, то заметил, что на ней не только ее удобные брюки-карго, но и три свитера, надетые поверх друг друга.
Коко тут же отреагировала на его критический взгляд.
– В последнее время я мерзну, – сказала она. – Разве это не странно? Все началось с пальцев, теперь все тело. Мне никогда раньше не было холодно.
– Наверное, ты подцепила человеческий вирус, – сказал Данте. Другого способа объяснить ее физическое состояние не было.
– Это пройдет? – обеспокоенно спросила Коко. – Доля человечности на самом деле очень приятно покалывает.
– Нам лучше приступить к работе, – сказал Данте.
Через несколько часов они посвятили Коко в план, и у всех уже ныла шея из-за постоянного выглядывания в окно. Постепенно они стали пониимать, как устроено движение у Купола и к ним пришла первая идея, как им действовать дальше. Периодически водители автобусов останавливались у часового магазина. Они были удивлены, узнав, что именно Рохус контролирует магазин часов и выдачу хронометров водителям автобусов. Двойник Данте с легкостью входил и выходил из Купола.
– С ним вам нужно быть особенно внимательными, – сказала Коко полным отвращения голосом. – Возомнил из себя нового командира. К тому же, это он подставил Ксавьера.
Был ранний вечер, когда Рохус, наконец, покинул Купол, закончил работу.
– Он сам себе выделил жилье и теперь живет в гостинице «Солнечная», – сказала Коко. – В старой комнате Данте. Среди туристов.