— Мы можем найти способ... — начала я, но он снова перебил меня.

— Нет, Кераль, — его голос звучал резко, почти жестоко. — Я обещал отпустить тебя, куда ты сама захочешь — езжай. Но никакого развода.

Я смотрела на него, пытаясь понять, что стоит за этим внезапным гневом. Почему он так цепляется за брак, который никогда не приносил ему ничего, кроме проблем?

— Почему? — спросила я тихо. — Почему ты так настаиваешь на сохранении брака, который ты сам никогда не хотел?

Дьярвет отвернулся к окну, его плечи напряглись.

— Потому что я дал клятву, — сказал он, не глядя на меня. — Перед богами и людьми. А клятвы Авельтаны не нарушают.

Но я чувствовала, что за этими словами скрывается что-то еще. Что-то, чего он не хотел или не мог сказать.

— Хорошо, — сказала я наконец, понимая, что сейчас не добьюсь от него ничего. — Я уеду. Но ты уверен, что отпускаешь, Дьярвет?

Он повернулся ко мне. Твердый, уверенный, совершенно невозмутимый.

— Езжай, — сказал он тихо. — Но помни, что ты все еще моя жена. И всегда будешь ею.

Я вышла из кабинета, чувствуя себя странно опустошенной. Я получила свободу, о которой мечтала — возможность вернуться в Донк, в свой дом. Но почему-то эта победа казалась горькой.

И где-то глубоко внутри меня зародилось подозрение, что Дьярвет Авельтан не хочет отпускать меня совсем не из-за клятвы или магической связи. А по причинам, в которых он, возможно, боится признаться даже самому себе.

Дьярвет позволил себе ударить кулаком по столу.

Вот же черт.

Все равно решила уехать. Все равно.

Ее же здесь обожают, садовник готов вон на руках носить, советники, повара… У всех только и разговоров, что «госпожа Кераль распорядилась», «госпожа Кераль сделала», «госпожа Кераль считает». А госпожа Кераль их бросает, как надоевших щенков.

Почему так больно?

И как же тогда ей было больно пять лет назад?

Да, только в таком аду и можно переплавиться в нечто иное, в нечто такое, как она сейчас. Но, Кейр, почему? Разве тебе плохо?

И тут он понял – плен.

Все равно это начиналось против воли. И надо сыграть до конца, завершить эту пьесу. Возможно, ее отъездом завершить этот брак. Эту часть их отношений.

Закрыть эту дверь.

И открыть какую-то другую.

Ну что ж, он выполнит обещание. Отпустит ее.

Как оно там звучало: хорошо, после этого можешь ехать, куда захочешь?

И больше ведь он ей ничего не должен?

Дьярвет улыбнулся своим мыслям.

Лети, птичка. Лети.

После напряжённого разговора с Дьярветом мне нужно было собраться с мыслями, и нет лучшего места для этого, чем среди цветущих деревьев и журчащих фонтанов. Так что я пошла в сад, туда, где росли спасшие нас велании и пахло особенно хорошо.

— Вот ты где! — голос Лиата заставил меня поднять голову. Мой младший брат шёл по дорожке, улыбаясь своей привычной открытой улыбкой.

Я невольно улыбнулась в ответ. Свободный, здоровый, мой замечательный Лиат. Без влияния отца он стал снова улыбаться. Кажется, ему идет свобода.

Сейчас он выглядит повзрослевшим — плечи расправлены, в глазах уверенность. Последние события изменили его, как и всех нас. Одет просто, кажется, расслаблен.

Или нет?

— Присядешь? — я похлопала по скамейке рядом с собой.

Лиат опустился рядом, некоторое время мы сидели в дружеском молчании, наблюдая за бабочками, порхающими над клумбами.

— Я слышал, ты собираешься уезжать, — наконец произнёс он, глядя куда-то вдаль.

— Да, — я кивнула. — Возвращаюсь в Донк. Дьярвет... согласился отпустить меня.

— Но не согласился на развод, — это был не вопрос, а утверждение.

Брат почему-то знал это наверняка.

Я вздохнула.

Лиат добавил:

- И не согласится.

- О, дело в чести Авельтанов, и… что все так на ней помешаны, не понимаю. Авельтаны не нарушают клятв. Ага, данных под магическим принуждением. Что за ерунда. При желании этот брак вообще следовало аннулировать. Потому что только один человек хотел в него вступить – я.

Это было больно, но правда. Дьяр скорее всего был под внушением.

Может в этом причина? Все же такому сильному мужчине, гордому ящеру трудно осознавать, что ему кто-то за него выбрал жену. Есть же и предел слома его гордости?

Да, пожалуй, разумное объяснение.

Но тогда он никогда меня не отпустит.

Это плохо.

Но брат посмотрел на меня лукаво.

- Ну, честь, положим, тут имеет наименьшее значение.

- Это я уже поняла. И все равно не могу уяснить, зачем лишать себя нормальных радостей – привел бы в дом женщину, растил бы наследников, был счастлив, в конце концов.

Лиат усмехнулся. Похоже, не только Дьярвет наблюдал за моим братом. Брат – не уступал.

- Так он и был счастлив, Кераль. Все хорошо с ним. Правильно. Но про развод можно забыть. Он упрется всеми когтями, а сейчас, вспомни, он еще и претендент на трон. Не настаивай. Тут он не по зубам ни тебе, ни мне.

— Хорошо. Но это не имеет значения. Главное, что я могу вернуться домой.

Лиат повернулся ко мне, и я увидела в его глазах что-то новое — серьёзность и решимость, которых раньше не замечала.

— А что, если твой дом теперь здесь, Кераль? — спросил он тихо. — Что, если ты нужна здесь больше, чем в Донке?

Я удивлённо посмотрела на него.

— О чём ты говоришь, Лиат?

Он выпрямился, расправил плечи.

— Я теперь единственный наследник рода Эрален, — сказал он, и в его голосе звучала непривычная серьёзность. —По мужской линии. Потому, что есть еще ты, дорогая. И я хочу предложить тебе остаться. Со мной. В нашем родовом доме. Ты никогда не думала, что у тебя теперь большое наследство, и ты хозяйка производства магических кристаллов?

Я смотрела на него с удивлением. Признаться, мне хотелось скрыться от Эраленов подальше. Но теперь из них остались только мама, тетя и младший брат. Нас маловато. А еще, мы все прекрасно понимаем, что остались только те, кто не вредил аэллэ.

Пожалуй, если я сейчас уеду, Эралены лишатся влияния. Без меня они – семья предателя.

Да. Жизнь реально непредсказуема. Вот меня выкинули из рода, и вот я – ценнейший ресурс, который может их спасти только своим присутствием.

— Мне нужна твоя помощь, Кераль, — продолжил он. — Я не справлюсь один. Особенно с разработкой магических кристаллов. Ты знаешь, что у меня никогда не было твоего таланта в магии. А сейчас, когда наш род должен доказать свою лояльность после... после предательства, эти разработки важны как никогда.

Кто бы сомневался.

Но, кажется, несмотря на всю политическую подоплеку, Лиат искренен.

Ну хорошо.

Придется, видимо, остаться в Атале, снова освоить библиотеку собственного замка, занять покои поближе к саду.

Надо строить. У меня есть осколки. Но надо строить. Да и, если подумать, кого я уже заберу в Донк. Мои люди поняли, что в Атале нет рабства, мои люди уже тут. Вряд ли кто-то поедет со мной обратно.

Как стремительно все меняется, может, это к лучшему.

- Ну, приведу сад в порядок. У меня есть садовник. И чайник-самогрейку тебе сделаю. К тому же, не очень далеко от Авельтанов можно не волноваться про магическую связь. Сплошные плюсы. Но Лиат, ты ведь не договариваешь.

Он вздохнул.

— Я боюсь, что не справлюсь, — признался он тихо. — Что подведу наш род, нашу семью. Ты мне очень нужна, сестра.

Я протянула руку и сжала его ладонь. Моё сердце сжалось от сочувствия и гордости за него.

— Ох, Лиат, — я не смогла сдержать улыбку. — Мой маленький братишка вырос и стал настоящим главой рода. Все хорошо будет. С того момента, как ты мне помог, как взял ответственность за меня, я поняла – ты точно справишься со всем. Но да, какое-то время нужно быть с вами. Поедем.

Лиат улыбнулся.

- Да, будет у тебя второй дом.

Что-то я подозреваю, что под первым он имеет в виду не дом в Донке.

Прошла неделя после раскрытия заговора. Замок Авельтан постепенно возвращался к обычной жизни, даже резкий аромат веланий потихоньку выветривался, хотя замок пропах этим цветком весь. Но никто не жаловался.

Утро выдалось ясным и прохладным. Солнце только поднималось над горизонтом, окрашивая стены замка в нежно-розовый цвет. Я стояла в своей комнате, наблюдая, как Мира аккуратно складывает мои вещи в дорожные сундуки.

— Госпожа, вы уверены, что не хотите взять с собой синее платье? То, с серебряной вышивкой? — спросила Мира, держа в руках изящное шёлковое одеяние.

Я покачала головой.

— Оно слишком... придворное. Я не собираюсь блистать на балах и участвовать в придворной жизни. Я еду с Лиатом, но рассчитываю жить тихо и растить сады.

Мира кивнула и отложила платье в сторону. Я заметила, что она выглядит немного грустной, но в то же время в её глазах светилось что-то похожее на предвкушение.

— Ты точно не хочешь поехать со мной? — спросила я, хотя уже знала ответ.

Мира смущённо улыбнулась, её щёки слегка порозовели.

— Простите, госпожа, но я... я хотела бы остаться здесь. Если вы не против, конечно.

Я улыбнулась, подходя к ней и беря её руки в свои.

— Конечно, я не против. Я видела, как вы с Тогитом смотрите друг на друга.

Тогит – старый повар замка Авельтан, вдохнувший новую жизнь в мою добрую Миру. Женщина покраснела ещё сильнее.

— Мы просто... он просто...

— Он просто влюблён в тебя по уши, — закончила я за неё с улыбкой. — И ты в него. Я рада за вас обоих.

— Спасибо, госпожа. Я буду скучать по вам.

— И я по тебе, — ответила я искренне. — Но ты всегда можешь навестить меня. Тут не очень далеко. Мы даже в пределах того же халида.

И тут до меня поздновато дошло – опс, Дьярвет остается моим халидэлом, моим господином. Это плохо, потому что это буквально поводок, который я сама дала ему в руки. Но что ж поделать. Выхода нет. К тому же, он обещал отпустить.

Мы обнялись, и я почувствовала, как к глазам подступают слёзы. В дверь тихо постучали, и на пороге появился Вейл — мой верный телохранитель, который решил отправиться со мной.