В углу комнаты появился вихрь снежинок. Я уже знала, что это предвещает, и сердце радостно дрогнуло. Через пару мгновений ко мне вышел идеальный лорд Стужа. Вновь в серебристом костюме, только без перстня и прочих украшений. Он улыбнулся и протянул мне руку:

— Прогуляемся, мисс Вейн?

— Да, — кивнула я и подала руку в ответ. Противостоять омуту родных глаз было решительно невозможно.

Несколько секунд и его сильные, но вместе с тем нежные руки, обняли меня и прижали к широкой груди. Вот бы остановить этот момент. Вокруг меня закружился снежный вихрь, но холод совершенно не чувствовался. А когда снежинки опустились на землю, мы оказались на мысе Картон. В том самом месте, которое хотел выбрать Клаус для первой свадебной церемонии с принцессой. Белоснежные скалы, стального цвета море, круглая галька на берегу. Возможно, это и правда холодный, как будто даже негостеприимный край. Но до невозможности прекрасный. Время близилось к закату...

— Я опять тебя отвлекла? — неуверенно спросила я и отошла от него на приличное расстояние.

— Нет, просто захотел с тобой встретится. Погулять и поговорить. У меня свободный вечер.

— Зачем? — не поняла я.

— Подумал, что лучше проводить с тобой побольше времени, чтобы ты поменьше совершала необдуманные поступки, — ответил он.

Вроде бы правдиво и точно, но его слова зацепили меня. Стало обидно.

— После посещения цветочной королевы, ты уже знаешь, что Санта Клаус не может исполнить желание своей истинной пары, не так ли?

— Извини, — покаянно опустила я голову. — Нужно было не искать ответы в другом месте, а расспросить тебя. Теперь и мне эта затея кажется импульсивной и глупой.

— Да, я мог бы тебе обо всем рассказать. Но получилось, как получилось, — он присел в своем дорогом и изящном костюме прямо на камни, и закинул один из них в воду. Будто обычный парень. Я даже головой мотнула, чтобы убедиться, что передо мной все же ледяной принц.

— Ты хотел погулять и поговорить, — напомнила я ему. Все же уже вечер, а на берегу прохладно.

Он поднял на меня взгляд, в котором мелькнуло что-то неопределенное — то ли тоска, то ли решимость. Несколько секунд он молчал, будто собираясь с духом, а затем медленно поднялся и шагнул ко мне.

— Я не просто хотел поговорить, — его голос звучал тише, почти приглушенно.

Я не успела понять, что он имеет в виду, как его ладони легли на мое лицо, согревая холодную кожу. Он приблизился, и мне показалось, что весь мир вокруг замер. Я бы все отдала за столь желанный поцелуй, но…

Он прижался лбом к моему, и горько вздохнул.

— Истинность ещё не любовь, — напомнила я. Скорее самой себе, чем ему.

Клаус отстранился и удивленно посмотрел на меня.

— Неужели, ты думаешь, что невозможно влюбится с первого взгляда? — в его голосе слышалось не то недоверие, не то возмущение.

— Странные у тебя вкусы, право слово. Все-таки, я была чудовищем, — прошептала я в ответ с горькой усмешкой.

— Ты совсем ничего не помнишь? — непривычно пылко произнёс он. И куда только делась ледяная непоколебимость?

Я не смогла вымолвить ни слова — просто смотрела на него, не понимая, о чём он говорит.

— Ты стояла передо мной суровой воительницей, одним только взглядом требовала покинуть территорию. А какая в тебе была смелость, когда, зная, что скоро преобразишься, ты всё равно пошла искать мою сестру. А потом… потом делала всё, чтобы я не испугался.

Лорд Стужа остановился, снова обхватил моё лицо ладонями и, глядя прямо в глаза, тихо добавил:

— Я не видел в тебе чудовище, Лаванда.

Я сжала губы, пытаясь сдержать рвущиеся наружу эмоции. Хотелось верить ему, но… Как можно было видеть во мне что-то иное?

— Ты не сможешь избавить меня от проклятья? — горько спросила я.

Он вздрогнул, словно только сейчас осознал, о чём речь.

— Его можно снять? — искренне поинтересовался он. В последнее время я слишком часто слышу этот вопрос. — А что для этого нужно?

— Погоди… Я тебе не говорила?

На секунду я опешила и осознала — нет! Не говорила ни словечка! Обсуждала это с Лили, с принцессой, и, возможно, даже с Фридой. Но не с Клаусом! Единственный человек, который мог бы мне помочь, не имел об этом ни малейшего понятия. Он только лишь знал, что я бываю чудовищем, и мое заветное желание — не быть им.

— Я не знал, что это проклятье и его можно снять. Думал, это особенность вашего рода. Как у нас в семье, к примеру. Кто-то рождается, чтобы быть Санта-Клаусом.

— Хочешь сказать, что быть добрым волшебником — тоже своего рода проклятье? — недоуменно уточнила я.

Казалось бы, удивляться дальше уже невозможно, но этот вечер явно становился самым откровенным.

— Да, — подтвердил Клаус. — После моей смерти королева снежных фей будет искать истинного среди людей, чтобы на свет появился новый Санта-Клаус. Знаешь, такая тревожная неизбежность. В этом случае редко бывает любовь. Как ты любишь повторять — это только истинность пары.

— И твои родители тоже так познакомились? — мне стало его немного жаль. Какая суровая неизбежность…

— О, у моих родителей такая запутанная история, — он усмехнулся. — В двух словах и не рассказать. Но после моего восемнадцатилетия мама заболела и погибла. Теперь у снежных фей новая королева, и она меня откровенно не жалует.

Он отвернулся, бросил взгляд на воду, словно решая, стоит ли говорить дальше. Наверное, очень тяжело потерять мать в таком юном возрасте. Мне показалось, что Клаус все еще тоскует по ней. Несколько секунд молчал, а потом тихо, почти рассеянно спросил:

— А твоё проклятье… его действительно можно снять?

Я глубоко вдохнула.

— Для снятия проклятья с моего рода нужно просто разбить вазу с пионами.

— Так просто? — Клаус скептически приподнял бровь. Я уже собиралась возмутиться, но он добавил: — И, разумеется, никто не смог это сделать до сих пор. Какое изящное проклятье.

Я окатила его ледяным взглядом. Может еще оду споет тем, кто это проклятие наложил? Как он может им восхищаться?! Я вообще-то мучаюсь каждый месяц!

— Ваза вероятно стоит на работе? Потому что в доме я не помню таковой, — поинтересовался он, игнорируя мое недовольство.

— Да, в кабинете. Что-то вроде места силы.

— Я загляну к тебе и попробую разбить, — сказал он. — Истинные пары у вас были всегда, короли и королевы, вероятно, тоже пытались. Но вот Санта-Клаус явно не прикасался к этой вазе. Может, у меня получится. Обещать не могу, конечно.

Почему-то мне стало неприятно от этого разговора. Он был слишком….будничным? Мы словно обсуждали, что будет на завтрак, а не то, от чего я каждый месяц мучаюсь и прячусь в подвале.

— Пора возвращаться, — сказала я. Стало зябко, и я обхватила себя за плечи.

— Да, ты права. Хотя мне совсем не хочется. С тобой так легко, — он вздохнул и взял меня за руку, я моментально оттаяла и забыла, что секунду назад обижалась. — Я уже не могу находится во дворце императора.

— Если бы ты не нашел меня, тебе было бы проще там жить? — спросила я.

— Разумеется. Мои чувства так и остались бы замороженными. А теперь приходится сдерживаться раза в три сильнее, — констатировал он, но тут же спохватился и добавил: — Но ты не подумай, я ни о чем не жалею! Наоборот, очень рад, что встретил тебя.

— Не обижай нашу принцессу, — слова мне дались тяжело.

— Не сдавайся, Лаванда. Я решу этот вопрос, верь мне, — он нежно сжал мои руки, будто таким образом ставя печать правдивости своим словам.

— Какой ценой? — вымученно спросила я.

— Обойдусь минимальными потерями, — лукаво улыбнулся он и обнял меня.

Через пару мгновений мы, осыпаемые вихрем снежинок, стояли в моей спальне. Клаус наградил меня целомудренным поцелуем в лоб и испарился в снежном портале. Словно и не было мыса Картон, а мне все только почудилось.

Я с тоской смотрела на ледяные искорки, тающие в воздухе, и вдруг поняла: мы не поговорили о самом главном! Почему я перестала чувствовать его эмоции?

29

29

На утро я явилась в агентство, намереваясь полностью окунуться в работу и не думать ни о чем. Даже о том, что Клаус, возможно, сможет разбить вазу.

В коридорах царило привычное оживление: сотрудники сновали между комнатами, что-то громко обсуждали или переговаривались с клиентами. В воздухе витал запах новых идей, предвкушение радостных событий. Моя любимая атмосфера — именно в такой я чувствовала себя спокойно. И это было как нельзя кстати после всех волшебных событий, которые мне пришлось пережить.

Как всегда, у лестницы меня встречала Лили — моя незаменимая ассистентка. В одной руке она держала кружку кофе, в другой — пухлый ежедневник. Я сразу приступила к деловым вопросам:

— Лили, хочу освежить в памяти наши проекты и мое расписание. В голове каша. Все эти события, незапланированные свадьбы… — сказала я, беря у нее кофе.

— Расскажешь о своей поездке? — поинтересовалась она.

— Нет, не сейчас. Тебе я доверяю, но там замешана не моя тайна, и мне не давали разрешение ее разглашать, — со вздохом ответила я, отпивая хороший глоток.

Знала бы моя драгоценная ассистентка, как сильно я хочу с ней поделиться!

— А про свадьбу для фрейлины королевы цветов? — уточнила Лили.

— А вот это с удовольствием! — я поставила чашечку на стойку и с воодушевлением начала: — Там такой проект, такие пейзажи! И феи просто умнички — из ничего создали волшебство. Я попросила их сделать макеты, должны скоро прислать. Посмотрим всей командой. Нам есть, что взять оттуда.