Эймонд с таким жаром смотрел мне в глаза, будто никак не мог поверить в мое признание. Он потянулся к моим губам, и я была готова принять поцелуй. Вот теперь точно все… «Зе энд» -  и жили они долго и счастливо.

Но, нет, свекровь и все еще не бывший муж никак не хотели исчезнуть из моей жизни. Точнее, как раз хотели по-тихому сбежать.  Да кто бы им позволил.

Изольда и Теренс успели добраться до тропинки через болото, как та внезапно исчезла. До нас донеслись вопли Изольды и Теренса, неясные ругательства.  Эймонд, как и я, смотрел в ту сторону, где скрылась преступная парочка.

Вопли свекрови и ее сыночка резко оборвались.  Ну нихрена себе… А если бы тропинка так исчезла, когда я там была? Воцарилась скорбная тишина. Я повернулась к Болотнику и с укоризной посмотрела на него.

— А куда тропинка делась? — спросила я строго.

— Какая тропинка? — Болотник сделал вид, что так и было.

Повернулась к герцогу, вдруг это у меня галлюцинации. Судя по еле сдерживаемой улыбке Эймонда и подрагивающей груди, он с трудом держался, чтобы не рассмеяться. Вот же Болотник, вот прохиндей.

— Ты их в омут отправил? — начала я беспокоиться.

— Из свекрови твоей отличная кикимора выйдет, так что там ей самое место.

— Говорил же, без согласия нельзя, — напряглась я. Неужели жить посреди болот опаснее, чем я думала?

— Кто говорил? Я говорил? — продолжал играть дурачка Болотник. — Не припомню такого.

— А тропинку все-таки верни.

— Ну раз хозяйка замка на болотах приказывает, так и быть. И этих тоже вернуть?

— Э.. нет, этих себе оставь, если можно и они тебе не помешают.

Почему-то мне кажется, что так будет надежнее. По крайней мере, до официального развода пусть там побудут.

— Как пожелаешь, баронесса, — улыбнулся Болотник и отвесил мне поклон.

Если бы мы были в сказке, сейчас был бы идеальный момент для счастливого финала. Но жизнь - та еще сказка. И бюрократию никто не отменял, как и человеческое любопытство.

Мне очень хотелось послушать версию событий двадцатилетней давности от Изольды. Как она могла проклясть герцога Розенгарда, не обладая никакими силами?

Для этого пришлось наведаться в гости к Болотнику. Но только спустя несколько дней, после того как мы с Эймондом нанесли визит королеве. Моя беременность, как и отцовство Эймонда, подтвердились. Королева с радостью выдала мне документы о разводе.

— Теперь я официально свободна! — не сдержала я эмоций. Такой груз с плеч.

— Надеюсь, ненадолго, — припечатала королева и строго посмотрела на Эймонда. — Роду Розенгардов нужны официальные наследники, а не бастарды.

— Разумеется, ваше величество, — не собирался спорить Эймонд.

Мы вернулись в наше северное герцогство, где мне нравилось намного больше, чем в шумной столице. Эймонд прямо-таки светился от счастья. Я еще накануне сказала ему, что действительно беременна, но получить подтверждение от магического артефакта тоже весьма приятно.

После проверки меня прямо-таки мучил один вопрос. В свое время Изольда тоже проходила такую проверку. Но герцог не был отцом ее ребенка. И отсюда вытекал закономерный вопрос. Кто же тогда отец Теренса?

— Я думаю, что это только она может знать, — высказался Эймонд, когда я заговорила об этом. — Можешь спросить ее сама.

Мне понравилась эта идея, и мы направились к Болотнику в гости. За несколько дней пришла зима, тонким слоем лег снег. Но в омут все еще можно было попасть. Мне не только хотелось расспросить Изольду, но и помахать перед носом у бывших родственников документом о разводе.

Русалки встретили нас очень гостеприимно и проводили к Болотнику. Нас напоили местным чаем с печеньем.

— Как ты смог снять проклятие? — первым начал задавать вопросы Эймонд.

Болотник лениво потянулся. Зима на него тоже действовала усыпляюще, но в спячку он не впадал.

— Так Изольда сама проболталась, что заплатила годами жизни. Тут-то у меня и сложилась картина целиком.

Как работала логика Болотника, я до конца не поняла. Но истина в его словах была. Изольда выглядела несколько старше, чем должна была. И это не просто из-за образа жизни. Болотник из-за этого ее и не вспомнил сразу.

А дело было так. После того как герцог Розенгард прогнал служанку, которая пыталась приписать ему отцовство, Изольда обозлилась и даже было хотела утопиться и стать русалкой. Но, попав в омут к Болотнику, она попросила отомстить своим обидчикам. Вот только, кроме себя, Изольде некого было винить. Болотник прогнал глупую девицу, да и русалки с приплодом ему не нужны.

Тогда Изольда и отправилась к лесной ведьме, которая оказалась ее дальней родственницей. Изольда пожаловалась на тяготы жизни, и старуха приютила ее у себя. Но и она отказалась мстить герцогу. Изольда же не теряла надежду. Она пыталась обучиться колдовству у ведьмы. Но чего боги не дали, как говорится…

И все же Изольда кое-чему научилась: делать зелья по рецепту например, наводить простые, но опасные заклинания вроде порчи. И вот они-то отбирали годы жизни - темное колдовство стоило дорого. Когда Изольда поняла, что ей под силу самой проклясть бывшего возлюбленного, долго не думала.

Только после того, как сделала, поняла, чем пришлось заплатить, - красотой и молодостью. К своим двадцати она добавила еще двадцать. Потому в сорок пять Изольда больше походила на старуху, чем на женщину среднего возраста. А я еще гадала, сколько же ей лет.

Расплачиваться пришлось не только годами жизни. Герцог искал того, кто его проклял. И Изольда поняла, что он может выйти на нее. Тогда она написала анонимную записку, где обвиняла в темном колдовстве лесную ведьму. Она попросту подставила свою родственницу. А та ее и пожалела, не выдала.

— Выходит, Изольда во всех своих несчастьях виновата сама, — сделала я вывод. В принципе, это для меня не новость.

Остался один неразгаданный вопрос. Но его уже предстояло задать Изольде напрямую.

После чая и рассказа Болотника, мы спустились в подземелье. Нынче темницы омута были полны заключенных: Изольда, Теренс и лорд Шердон. Если честно, от жалкого вида бывшего мужа и его матери стало не по себе. Я думала, получу удовольствие, восстановлю справедливость за Лисандру, но, кроме отвращения, ничего не чувствовала. Все же сообщила Теренсу, что нас официально развели. Он воспринял эту информацию не так стойко, как я ожидала. Бывший муж вдруг накрыл лицо ладонями и разревелся. Я даже рот открыла от удивления.

— Да, ему явно не хватало отцовского воспитания, — сделал вывод Болотник. — Расскажешь нам, от кого пацана нагуляла?

Изольда поджала губы и демонстративно отвернулась, но Болотник не позволил молчать.

— С кем еще гуляла, пока герцогу постель грела? — повторил вопрос Болотник, но уже с наездом. Кажется, кое у кого тоже любопытство разыгралось.

Изольда насупилась, но авторитет Болотника был непоколебим.

— С ним, — призналась она и ткнула пальцем в…

Я покосилась на противоположную стену, там была пустая камера. А, нет, не пустая. На полу сидела крупная бородавчатая жаба. Это же лорд Шердон. Болотник взмахнул руками, и жаба превратилась в человека. Вот это поворот! Так и хотелось мне выкрикнуть.

Лорду Шердону на вид чуть больше сорока. В принципе, он может быть Теренсу отцом, если зачал его лет в восемнадцать, например.

— Да я не мог связаться с такой старухой! — возмутился лорд Шердон.

— Да я всего на два года тебя старше! — огрызнулась Изольда. — Ты тоже, знаешь ли, не писаный красавец: полысел, брюхо отрастил, фу!

— Что же вы к настоящему отцу за помощью и поддержкой не обратились? — поинтересовался Эймонд. — Он ведь состоятельный торговец и землевладелец, при деньгах. Не герцог, конечно, но тоже не плохой вариант был для бывшей служанки.

Изольда тяжко вздохнула. Похоже, она уже поняла, какой лакомый кусочек упустила. А ведь ее судьба могла сложиться иначе, сообщи она о ребенке настоящему отцу. Да этот Шердон тот еще гад, но и Изольда не пушистый одуванчик, была бы неплохая из них пара.

— Его еще надо было найти, он в наших краях проездом был, да и не водились у него деньги тогда, барахлом всяким торговал, в заштопанных штанах и дырявых ботинках, — призналась Изольда. — Какая от него помощь была. А потом уж было поздно. Я хотела, чтобы мой сын был не нищим, а принадлежал к высшему сословию.

—  В итоге ваша жадность сгубила и вас, и Теренса, — подвела я печальный итог.

Изольда бросилась к прутьям и повисла на них. Ее злой взгляд впился в меня. Казалось, она насквозь видит, смотрит в самую душу. Стало не по себе.

— Не узнаю я тебя, Лисандра, как будто тебя подменили, — заметила она.

— Мне тоже пришлось заплатить годами жизни, только не ради того, чтобы сотворить зло, а спасти любимого, — призналась я.

Постареть на десять двенадцать лет, это не так уж много, когда тебе восемнадцать, особенно, когда ты уже прошла через этот этап жизни.

— Нет, я не об этом, — покачала головой Изольда.

И я внутренне напряглась. Неужели она все-таки догадалась о подмене?

— Ты стала по-другому говорить, поумнела, а где-то очерствела. Что-то здесь не так. Сначала я списывала все на беспамятство после того случая… Но здесь что-то другое.

Тут уж я не выдержала. В принципе скрывать мне было нечего больше. Болотник в курсе, и он на слова Изольды только ухмыльнулся. А Эймонду я и так собиралась рассказать, просто подходящего момента не было.