— Ты повеса, любишь женщин, разобьёшь мне сердце, ну право, я не переживу измен. Потому нет! Прости! Я лучше упрошу Чернышёва взять мои дела под управление, пусть женится на своей возлюбленной, но он честный.

— А я, значит, обманщик? — Георг ухмыльнулся, не ожидал такой правдивой оценки. Хотя именно от Марианны он всегда только такие меткие характеристики и получал. Снова улыбнулся.

— Не вижу ничего смешного. Ты очень хорош собой, даже старость тебя красит…

— Мари, посмотри на себя, канцлер же сказал, что Митя умер, картины обезврежены. Ты снова прежняя красавица, жгучая и темпераментная. Дай мне хоть один шанс?

Девушка вскочила, подошла к небольшому зеркалу и облегчённо выдохнула. Её самоуверенность, наконец, вернулась на прежнее место, где-то на уровне розочек на шляпке.

— Но ты подарил моей сопернице неприличное количество роз…

— Тебе я подарю свой зимний сад, и десять корзин роз, или лучше сразу магазин цветов купить, зато с твоим-то умом и хваткой, моя дорогая, ты быстро научишься вести дела и перестанешь бояться за себя…

— Это шутка?

— Нет, я обдумал это предложение, пока ты, сладко посапывая, спала на моём плече. И тогда я понял, что хочу вот так просыпаться с тобой каждое утро…

— Но мой отец преступник!

— Мой тоже, ты не знала? Он на дуэли застрелил очень важную шишку, на водах в Европе имел неосторожность повздорить со средним сыном короля Швеции, а тот идиот сразу вызвал Давида Эристари на дуэль.

— Постой, так это твой отец? Ты сын того самого, а ведь точно. Давид Эристари, первый красавец. Так, тебе пришлось взять фамилию матери. Вот это да! Ладно, не одна я такая дочь преступного отца. Но, однако как романтично! Хорошо, уговорил, я дам тебе шанс, нам! Теперь понимаю, что кроме меня за тебя замуж-то ни одна невеста из приличной семьи и не пойдёт. Ты личный враг Шведской короны. Ну надо же!

Марианна выговорилась и теперь с неподдельным интересом смотрит на своего «романтичного» изгнанника из высшего общества, пусть официально Георгу Давидовичу никто на дверь и не показывал, но и на порог особо не позовут, как и её, в нынешней ситуации.

Молча взяла своего суженного под руку и повела прощаться с терпеливыми хозяевами дома. Надеясь, что с графом и его новой пассией конфликта не возникнет.

На удивление простились довольно тепло, Ульяна Павловна напомнила, что надо обязательно встретиться ещё раз на неделе, даже если Мари и Георг будут себя чувствовать хорошо, пройти повторную чистку не помешает.

— Конечно, приедем! Спасибо огромное вам за помощь. И простите великодушно! — Георг смутился, увидев Анну в дверях, но неожиданно поймал себя на мысли, что это совершенно обычная девушка, не такая и красавица, если сравнивать с Ульяной и Марианной.

Улыбнулся, приобнял свою невесту и поспешил с ней в центр, обедать в ресторане, а после купив розы и кольцо, сделать предложение. Потому что Мари права, никто из приличных девиц на выданье не решится связать с ним свою судьбу.

Глава 51. После бури

Глава 51. После бури

Три недели в стране бушевали страсти. До нас же эти новости доходили лишь намёками и краткими сообщениями во время общих обедов с князьями Разумовскими, они теперь частые наши гости, всё ради детей.

Суть этих новостей сводится к одному: донесение князя Вяземского произвело эффект разорвавшейся бомбы. Конечно, сразу после донесения Андрея Васильевича вышел указ царя: о снятии всех надуманных и ложных обвинений с семьи Артемия. Мы сразу вздохнули с облегчением.

Потом и приятная новость от Олега Осиповича, они поймали банду, пытавшуюся выкрасть Тёму из поместья. И теперь хоть и в сопровождении охраны, но мы получили счастливую возможность ездить на прогулки, в библиотеку, на музыкальные вечера и в гости к Князьям Разумовским.

На одном из таких званых ужинов нас представили бывшему канцлеру князю Модесту Орлову, приёмному отцу Ульяны и его семье. Матвей от радости пару раз вспыхнул румянцем, ведь Модест Сергеевич министр промышленности. А граф Чернышёв — фанат всех видов инноваций и производств. Уж им было о чём проговорить весь вечер.

Единственный разговор, на какой мы так и не решились, это задать вопрос Тёме, насчёт выбора родителей. Ни мы, ни Разумовские пока не спросили, и время идёт. Пора подавать документы, а мы тянем.

Как-то вечером после занятий, я с детьми сидела в библиотеке. Занятия завершились, и хотелось обсудить прогулку в город, на новой карете прокатиться в Летний сад и там встретиться с Ульяной Павловной и Варварой Степановной.

— Вы хотите, чтобы я стал сыном князю Разумовскому? — вдруг он задал сам тот самый вопрос, и я замерла. Мы один на один, и мне сейчас одной предстоит ответить перед ним, а я, по сути, никто, даже не невеста его дяди.

— Я ждала этот вопрос, и много вариантов ответов придумывала, но думаю, что лучше всё по-честному. Есть юридические нюансы, какие нам не преодолеть, если Матвей Сергеевич станет твоим отцом, я – матерью, а Вероника – сестрой.

Мальчик улыбнулся. Я в суете и забыла о его мудрости.

— Второй конверт – это письмо отца.

Я непонимающе прищурилась, не поняла, о чём он говорит. И сразу вспомнила, что Вера из пакета вытащила толстый конверт и тоненькое письмо, о котором я и забыла.

— Ты прочитал?

— Сначала боялся, на конверте одно слово: «Сыну». Потому Андрей Васильевич и не вскрыл, но отдал мне его позже, когда все проблемы улеглись. И я решился прочитать.

— Спустя неделю?

— Да, я боялся, что отец скажет что-то такое, что я не в силах буду исполнить или сделать, не чувствовал себя достойным, мне кажется, что я трус, даже Вероника смелее…

Он смутился.

— Послушай, Вероника в жизни ничего реально плохого не испытывала, и слава богу. Она наивная и потому смелая. То, что пережил ты – не делает тебя трусом, и вообще забудь это слово. Ты осторожный, как человек с огромным опытом. Вот я тоже трусиха, потому что знаю, как некоторые смелые поступки иногда больно бьют.

— Вы правда так считаете?

— Ты же маг, с чего мне тебя обманывать? Так что написал твой отец?

— Он попросил прощения и в случае непреодолимых трудностей просил обратиться к князю Андрею Васильевичу Разумовскому. Канцлер наделён магией, он понимает, как меня воспитывать и как мне помогать. И Ульяна Павловна уже обучает мою книгу, и меня. Для вас я стану обузой, вам бы справиться с Вероникой, она же как ураган, и с магией о которой в нашем мире никто ничего не знает. По-хорошему её бы надо отдать Разумовским, а меня оставить вам, — он посмеялся на этих словах, и я тоже. А Вероника надула губы, но промолчала. — Но увы, вы на это не решитесь. И я всё прекрасно понимаю про родство. Я согласен стать сыном князю. Но вас я буду любить больше всех.

Он вдруг обнял меня.

— Какой же ты мудрый! Ты всё равно мой сынок, кто бы ни стал твоими родителями. Это лишь формальность!

— Я тоже так думаю!

— Фу-у-у! Даже легче стало. Милый, никогда не сомневайся в нашей любви! Никогда! Документы – это одно, а жизнь — совсем другое!

— Я понимаю! Потому даже рад, что всё так складывается.

На следующий день на прогулке в Летнем саду, Тёма подарил Ульяне цветы и дал согласие на усыновление. Но попросил оставить его в доме дяди. Хотя бы временно, до осени.

— Тёма, а нам же ответ пришёл из магического лицея. И мы ещё не решили, как быть, — напоминаю про открытый для нашей семьи вопрос, Матвей категорически отказался отдавать детей на полный пансион в лицей для одарённых детей, и я согласна. А как на это посмотрят вторые родители, но Ульяна посмотрела на вопрос чисто с магической стороны. Да так, что у меня рот открылся:

— А мы узнаем расписание важных лекций, и Вероника сможет нас из дома перемещать на занятия и обратно. И девочке тренировка, и нам полезно. Я там буду, пока дети занимаются работать по части медицины, а тебе, дорогая Анна, в лицее нужно поработать с учебниками. Так что всем дела найдутся, даже не переживай. Хогвартс создадим, да такой, что все завидовать будут!

— Чур я – Гермиона! — крикнула Вероника и, схватив за руку Тёму, потащила к пруду, кормить уток и лебедей.

— Гермиона? — переспросила Варенька, наши отсылки к современной культуре иногда ставят её в тупик.

— Да, сказка есть одна, надо будет закачать в ноутбук, посмотрим всё вместе. Или нет! Нашим детям такие сказки смотреть опасно. Не хочу, чтобы у коней крылья выросли, или кареты начали летать, пойдём всё же научным путём развития, без волшебных палочек и прочей фантастики! — смеясь подвела итог Ульяна, пожалев, что вспомнила про волшебную школу из «Гарри Поттера».

А на Пасху нас ждал большой сюрприз. Из дворца детям принесли огромную корзину с подарками, сладостями и приглашение на бал через две недели.

По секрету Андрей Васильевич признался, что рассказал Его Величеству Петру Александровичу о подвиге Вероники и Артемия.

— И вот уже подписан указ о награждении маленьких героев. Орденами святой Анны! Перед праздником Троицы обычно проводят торжественный приём и награждение героев.

— Простите, ещё раз? Кого награждать? Ч-ч-ем? — я даже не поняла о чём и при чём тут Анна…

— Орден за заслуги перед отечеством, если бы не смелость детей, пакет с важным донесением пропал бы. А так все расследования уже на финальной стадии, слишком всё чётко сформулировано в отчёте Петра Ильича, доказательств полно. Можно выдохнуть на какое-то время! И мы уже подали документы на усыновление Артемия! Спасибо вам большое, что согласились…