Я оглянулась в надежде увидеть кого-то ещё. Но лавина отнесла нас очень далеко от тропы, и я не увидела никаких признаков других людей.

Возможно, мы единственные выжили в обвале.

Глава 32. Саманта

Глава 32. Саманта

Я так и умру в горах. Очевидный факт. Боль сковала мой позвоночник, и двигаться приходилось из последних сил. Нам удалось выбраться из завалов снега на твёрдую скалу. Но из-за лавины мы полностью потеряли чувство направления и не знали, куда идти.

Я снова застонала, и на этот раз, видимо, получилось особенно жалобно, потому что Зейн остановился и с сочувствием посмотрел на меня.

– Ты как?

– Спина…

Он протянул руку и приподнял лямку моего рюкзака, жестом предлагая его снять.

– Давай понесу немного.

– Но у тебя же есть свой…

– Немного. Пока не найдём место для привала на ночь.

Он был прав. Небо уже окрасилось в алый и лиловый тона, а в горах темнеет быстро.

– Что у тебя там?

– Моя палатка, спальник, немного припасов… и приборы для смешивания зелий. Почти всю еду несла Кирсти. И всю снарягу: верёвки, карабины, плитку.

– А ты вместо еды потащила свои склянки?

– Я же не думала, что мы с Кирсти разделимся!

– Что взять с алхимика! – сказал он. Я обиженно поморщилась, и он смягчил тон. – Зато у тебя есть палатка, в отличие от меня, – он нахмурился. – Я даже компас не взял, потому что думал обойтись палочкой.

– Я тоже без компаса, – я пожала плечами. – Но ты не расстраивайся: горы и с магнитными полями играют вовсю. Так что проблемы не только у Талантов.

– Это лишь заставляет меня чувствовать себя ещё тупее.

Мы потащились дальше в надежде найти такое место, где можно будет поставить палатку без опасений быть сдутыми ветром или заваленными лавиной.

– Смотри, вон там! – Зейн показал на плоский скальный выступ над нами. – Вполне походящее место.

Я кивнула. Я вообще не собиралась возражать, даже решать ничего не хотела. Хотелось лишь перестать двигаться, быть спасённой и вернуться домой.

Зейн пошёл впереди меня. Было очевидно, что нам придётся лезть на небольшую, но отвесную скалу, чтобы попасть на выбранную площадку. Спина болела так, что успех предприятия оставался под большим сомнением.

А вот Зейн ни в чём не сомневался. Он сперва закинул наверх рюкзаки, и теперь нам так или иначе пришлось бы туда взбираться, иначе останемся без припасов. Если бы у меня было больше сил, я могла бы его подтолкнуть.

Он каким-то чудом влез туда сам, найдя лишь две опоры для рук. Посмотрел на меня сверху.

– Мы можем здесь переночевать. Тут даже есть… в общем, увидишь. Сможешь залезть?

Я посмотрела на него и скрипнула зубами. Подняла руки, стараясь не поддаваться боли в спине, а затем подняла ногу, нащупала какую-то опору и попыталась заставить тело работать.

– Хватай меня за руку, – сказал Зейн.

Мои руки дрожали, пальцы посинели, а мышцы жгло от усталости. Я сглотнула и сосредоточилась на его руке. Был ли у меня другой выбор?

Я сделала невероятный рывок вверх. Он обхватил моё запястье, а я его. И тут моя нога соскользнула с обледенелой стенки, но Зейн меня удержал. Он тянул что было сил, пока я наконец не перевалилась через край, и мы оба рухнули в снег. Он обнял меня, явно чувствуя облегчение от того, что мне удалось. Мы пройдём через это вместе.

– Хорошо, что ты такая высокая, – рассмеялся он.

– Масса преимуществ, – отвечала я.

А потом я посмотрела вверх. Над нами зияло отверстие огромной пещеры.

– Мы же не собираемся в ней ночевать?

– Там безопаснее всего.

Я вздрогнула.

Он обнял меня крепче:

– Ну да, я знаю, и мне тоже страшно. Ладно, давай перечислим за и против: в пещере будет теплее и суше, но никто нас не увидит, если будет искать. Значит, мы поставим палатку как можно ближе к пещере, но не внутри. Это план?

– План.

Мы поставили палатку. Ну, вообще-то, почти всё сделал Зейн. Я кое-как вложила один в другой части каркаса, жалея о том, что у нас не самая шикарная модель, которая расправляется сама, едва дёрнешь за шнур. Я бы хотела помочь, но спина этому воспротивилась. Вместо этого я сидела у входа в пещеру, старалась дышать так, чтобы уменьшить боль, и смотрела на него. Он был похож на медведя в лохматой парке с меховым капюшоном. Ноги казались особенно мощными из-за тёплых штанов, а лицо всё ещё покрыто засохшей кровью.

– Иди сюда, – позвала я. Он подошёл ближе. Я вытерла ему лицо рукой в варежке, избавившись почти от всех следов алого. Царапину нужно было зашить или хотя бы залепить пластырем, но у нас ничего такого не осталось.

– Спасибо, – сказал он. Его лицо было так близко к моему… Он по-прежнему оставался самым красивым парнем, какого я видела, несмотря ни на что. Он вернулся к палатке.

У меня заурчало в животе. Я кое-как встала. Несправедливо рассиживаться, пока Зейн делает всю работу.

– Я пойду поищу топливо… может, тогда удастся поесть, – я махнула рукой в сторону пещеры.

– Ладно, только не ходи далеко, – он выпрямился и убрал под шапочку выбившиеся волосы.

– Силёнок маловато. Я буду здесь, на виду.

Я побрела в пещеру. Здесь сразу стало теплее, а глаза какое-то время привыкали к темноте после ясного солнышка снаружи.

Всего несколько шагов – и потолок пещеры раздался в стороны и в высоту. Пол покрывали камни, мусор и – вот оно! – несколько сухих веток. Хватит на небольшой костёр. Я собрала их в охапку.

При звуках низкого, грозного рычания откуда-то из глубины пещеры я тут же выронила палки. Я смотрела в темноту и слушала, как едва колотится сердце. Один удар, два удара. Но больше ничего. Никакого движения внутри, никаких звуков не повторилось. Я сгребла с земли ветки и метнулась вон.

Зейн как раз поставил палатку.

– Я нашла кое-что, – и показала свой жалкий улов. – Не знаю, хватит на костёр или нет. Я ещё слышала что-то… в пещере.

– Скорее всего, это ветер. – Зейн заглянул в темноту. – Может, просто залезем в палатку и попробуем согреться?

Я забралась внутрь и сняла ботинки на маленьком пятачке у входа.

– Думаю, придётся помочиться в бутылки, чтобы сделать из них грелки, – сказала я.

– Гадость какая, – Зейн брезгливо поморщился.

– Это лучше, чем отморозить пальцы.

Теперь, когда я сняла ботинки, мои ноги почувствовали свободу – словно стали легче воздуха. Я продолжала ползти к задней стенке палатки и забралась в спальник, натянув его до самого носа. Зейн влез за мной. Его кожа светилась под ярко-оранжевым пластиком палатки. Он тоже снял ботинки и куртку. Под плотно прилегавшим нижним бельем видна была каждая мышца на руках, а из рукавов выглядывали края татушек.

Теперь, когда он оказался внутри и застегнул входной клапан, его присутствие заполнило всё пространство. Он вытянулся на полу головой к выходу, и, хотя я постаралась занять как можно меньше места у задней стенки, его ноги оказались прижаты ко мне. Даже если он и почувствовал, как я попыталась отодвинуться, виду не подал. Напротив, он сделал так, чтобы наши ступни соприкасались через слои ткани. Я заставила себя не дёргаться и расслабиться.

– Уютно устроились, да? – ухмыльнулся он.

– Они… они ведь найдут нас, верно? – И тут самообладание мне изменило – внезапно, разом. По щекам потекли слёзы. Навалились мысли о том, что мы пропадём здесь, в горах, в сердце Диких земель, где нет ни колдовской, ни простецкой связи. И вряд ли вообще нас найдут. По крайней мере, это выглядело вполне вероятным в тёмные ночные часы, в продуваемой ветром тонкой палатке.

Тут же Зейн оказался рядом со мной. Он обнял меня за вздрагивавшие плечи и прижал к груди. И держал так, пока я рыдала.

– Утром мы уберёмся отсюда, – сказал он. – Не пройдёт и пары дней, и ты вернёшься домой. Целая и невредимая. Ты и я, вместе мы сумеем вернуться.

– Вместе?

– Вместе. – Он нащупал в спальнике мою руку, чтобы переплести пальцы.

Ветер снаружи с воем вцепился в палатку. Один из колышков вырвало из земли, и растяжка хлопнула по крыше. Хлопок был такой сильный, что мы подскочили от неожиданности и рассмеялись. Я вытерла глаза. Я уже и так залила слезами всю эту гору.

Зейн протянул мне энергетический батончик.

– Это не сочный стейк с картофельным пюре, но лучше, чем ничего.

– Прямо сейчас я бы всё отдала за мамин пастуший пирог.

– Лучше об этом не думать, – посоветовал он.

Я развернула батончик, который на холоде стал твёрдым, как камень. Зато и жевать его пришлось дольше.

– Как ты думаешь, принцесса Эвелин отдавала себе отчёт, к чему это приведёт? – сказала я и тут же об этом пожалела, потому что он резко отстранился.

– Думаю ли я, что она знала, что из-за зелья её бешеная тётка будет палить в людей из пистолета, а два человека попадут в лавину в горах? – Он покачал головой. – Нет. Но Эвелин вообще не давала себе труда рассуждать о последствиях… – он умолк. – Нет, так нечестно. Я думаю, что она отчаянно хотела найти, на кого можно положиться, чтобы разделить с ним власть.

– Вообще-то, с каждым новым ингредиентом я всё больше и больше убеждаюсь в том, что она действительно умудрилась создать мощное приворотное зелье.

– Она невероятно умная, Сэм. Я считаю, она бы тебе очень понравилась.

– Если она хоть в чём-то похожа на остальных Талантов… – я презрительно фыркнула. – Прости, но ты понимаешь, что я имею в виду.

– Понимаю. И она не такая. Но с другой стороны, она может показаться тебе заносчивой, потому что никогда не имела дела с простецами. Да, ей могли представить кого-то на королевском приёме или благотворительном балу, но по-настоящему она ни с кем из них не общалась. Родные слишком опекали её. Представь, что тебе ни разу в жизни ни в чём не было отказа. Как бы ты реагировала, когда всё вдруг стало рушиться на глазах?