Улыбнувшись себе, я принялась одеваться.

Сегодня же поговорю с Кайроном! Мы ведь можем… можем попробовать? Он нравится мне. Он надежный, спокойный, обстоятельный… Может быть от него не кружит голову и не подгибаются колени, но его аура спокойствия и уверенности возводит вокруг меня несокрушимую высокую стену. И за ней я чувствую себя так безопасно и надежно, как никогда прежде в жизни. И я сама… я могла бы отогреть его сердце. Если бы он только позволил.

Выскочив из спальни, я отправилась на кухню. На голодный желудок о таком говорить точно не стоит!

Но кухня уже была не пуста.

Кайрон сидел за столом, спиной ко входу.

– Доброе утро! – но он даже не обернулся. Я заметила, что он сам весь как-то согнулся над столом. Словно на его плечи опустили непомерную ношу.

Я обошла стол и заглянула ему в лицо.

– Кайрон, все в порядке?

Он поднял на меня тяжелый взгляд, но почти сразу опомнился. Словно надел маску. На губы легла легкая улыбка. Только вот глаза оставались холодными. Я обратила внимание, что перед ним на столе лежит открытый конверт, а в руке он держит лист бумаги, исписанный мелким почерком.

– Хорошие новости, – глухо вымолвил он. Так скорее сообщают о чем-то плохом. – Бастиан прислал ответ. Он готов помочь тебе.

Кайрон протянул мне письмо.

По спине пробежал холодок… Я ведь сама практически забыла об этом письме и о том, что мы ждем ответ мага. Мага, который может вернуть меня домой.

Я взяла бумагу из его руки… Опустила взгляд на текст.

"Здравствуй, дружище!

Что за чудо — получить от тебя письмо! Я уж было начал думать, что ты окончательно забыл о моем существовании. А тут вдруг такое... Правда, скажу честно, его содержание заставило меня несколько приподнять брови. Ты всегда был мастером сюрпризов, но на этот раз превзошел сам себя!

Итак, ты хочешь моей помощи. Ну что ж, я, конечно, не могу отказать старому другу в столь... как бы это сказать... интригующем деле. Твоя находка, судя по описанию, действительно любопытна. Хотя такие ситуации для меня не в новинку (да-да, я и не такое видал!), но если она действительно столь спокойна и адекватна, как ты пишешь, то, возможно, все обойдется без особых проблем, и находку удастся вернуть в родные пенаты.

Однако, это все разговоры. Давай к делу. Я считаю, что лучше всего вам всем приехать ко мне. И да, Томаса тоже бери с собой! Сколько уже можно кормить меня обещаниями познакомить с этим сорванцом? Хватит прятать его от меня, я жду этого момента уже давно!

Ты знаешь, моя дверь всегда открыта для друзей. Здесь я смогу все подготовить, организовать и, если честно, просто посмотреть на твое, как ты выразился, "непростое дело". В моем доме оно будет в полной безопасности, да и мне будет проще разобраться с ее положением и... ну, ты понял.

Погода, конечно, сейчас та еще, но как только метель угомонится – в путь! Постарайтесь добраться без приключений (хотя я тебя знаю, у тебя даже прогулка до реки превращается в эпос). Если вдруг понадобится помощь в дороге, сразу шли весточку.

Ну, вот и все. Жду. И, кстати, не вздумай заставлять меня ждать слишком долго, иначе я сам за вами приду!

Береги себя, ее и Томаса. До скорой встречи, друг. Не подведи!

Твой Бастиан."

Глава 16.3

Глава 16.3

Это письмо – словно ушат ледяной воды. Меня окатило с головы до ног.

Я перечитывала строки снова и снова, но смысл оставался прежним: Бастиан звал нас к себе, и, кажется, видел для меня только один путь – вернуться туда, откуда я пришла.

Мои руки дрожали, когда я положила письмо на стол.

– Ну что ж... – пробормотала я, пытаясь выдавить улыбку, которая, наверное, выглядела так же неубедительно, как я себя чувствовала. – Это хорошие новости, да?

Кайрон сидел напротив, его лицо оставалось непроницаемым, но я заметила, как он сжал челюсти чуть сильнее.

– Да, – сухо ответил он, не поднимая на меня взгляд. Очень интересные ковши на стене, да? – Бастиан человек слова. Если он сказал, что поможет, значит, так и будет.

Его голос был ровным, но что-то в его тоне, в этом подчеркнуто спокойном выражении лица, заставило меня почувствовать странное беспокойство.

– Сначала нужно все равно съездить в деревню, – добавил он, поворачиваясь к окну. – Мне нужно договориться с кем-нибудь, чтобы пристроить скотину. Не известно, сколько времени придется провести у Бастиана.

Я смотрела на его широкую спину, на то, как он скрестил руки на груди, будто защищаясь от чего-то.

– Ты… ты так уверен, что я хочу уйти? – наконец решилась спросить я.

Кайрон вздрогнул, но прежде, чем он успел что-то ответить, со стороны коридора послышался грохот. Кто-то хлопнул дверью.

Мы оба сразу поспешили в коридор… Шум шел из гостиной. Хмуро переглянувшись, мы отправились туда.

– Томас? – мальчонка сидел в кресле у догоревшего камина. Забрался в него с ногами, весь покраснел, в глазах – слезы.

У меня сердце в груди застучалось. Кажется, он все услышал?

Я позвала его снова, но реакции не последовало. Мы с Кайроном переглянулись. Кажется, он был так же растерян, как и я. Мы совсем не ожидали, что Томас услышит наш разговор.

– Врушка! – мальчишка вдруг подскочил из кресла. Руки сжаты в кулачки. Его всего потряхивало.

– Томас! – Кайрон сделал шаг к нему, но мальчонка отступил.

– Ты тоже уйдешь! – выкрикнул Томас, и его слова пронзили меня, как острейший нож. – Ты уйдешь, как мама!

Я вздрогнула, но старалась держать себя в руках. Мальчик стоял передо мной, его глаза блестели от злости и слез. Он был такой маленький, но в этот момент казался взрослым. Слишком взрослым для своих девяти лет.

– Томас, это не так, – прошептала я, пытаясь приблизиться и дотронуться до его плеча.

– Отстань! – он отступил назад и сжал кулаки. – Ты обманываешь! Все обманывают! Сначала говорят, что останутся, а потом уходят!

Я почувствовала, как сердце сжимается. Его слова были пропитаны болью, в которой звенело столько одиночества, что мне хотелось обнять его и никогда не отпускать.

– Томас... – мой голос дрогнул, но прежде чем я успела что-то сказать, раздался резкий окрик Кайрона.

– Хватит! – его голос был тяжелым, угрожающим. – Томас, иди в свою комнату. Сейчас же.

– Нет! – выкрикнул мальчик, и его голос сорвался. – Я не уйду! Она должна сказать правду! Должна признаться, что уйдет, как мама!

– Томас! – Кайрон повысил голос, и мальчик замолчал. Его глаза широко распахнулись, но он не двинулся с места.

– Не надо так с ним, – попросила я, обернувшись к Кайрону.

Он бросил на меня ледяной взгляд, полный гнева.

– Это не твое дело, – прорычал он.

– Не мое?! – меня затопила волна ярости. Хватит… Довольно! – Этот мальчик боится, что все оставят его! И знаешь, почему? Потому что ты не даешь ему почувствовать, что он кому-то нужен!

Признаться, я и сама в этот момент не понимала, говорю ли о мальчике или же о себе…

– Ты понятия не имеешь, о чем говоришь, женщина, – его голос рокотал низким, почти угрожающим тембром.

– Тогда объясни мне, Кайрон! – я почти закричала на него, чувствуя, как слезы подступают к глазам. У меня тоже больше не было сил. Это письмо, поведение Кайрона, его молчание… Я ведь тоже не железная! – Объясни, почему ты так боишься впустить тепло в дом? Почему ты наказываешь его за то, что он просто хочет, чтобы его любили?!

– Любовь делает слабым, – прорычал он наконец. Жестко. Безапелляционно.

Эти слова ударили меня, как пощечина. Я смотрела на него, чувствуя, как в груди все сжимается. Сердце покрывалось коркой льда. Вот, значит, что он думал? А как же… как же все, что было? Выходит, я сама строила свои иллюзии на пустом месте?