Светлый фон

– Их стараются вербовать еще детьми, – негромко объясняет принц. – Так проще вдолбить в них правила подчинения.

Я возвращаюсь к столу.

– Отклэры снова пытались убить меня?

– Маловероятно. У них есть собственный убийца в Паучьей Лапе, выполняющий поручения Дома, но сейчас он числится пропавшим без вести. Он загадочным образом исчез после известия о том, что ты выжила. А это… – он небрежно указывает в сторону трупа, – скорее всего результат действий кого-то из союзников Отклэров, желающих войти к ним в доверие и потому подославших к тебе наемника.

– Вы можете остановить их?

– Не так решительно, как хотелось бы. Пауки стремятся поддерживать репутацию лучших из лучших, соглашений они не расторгают. Уверен, они будут и дальше подсылать к тебе убийц, пока ты жива. Но не беспокойся, здесь много охранных систем, и, хотя этот мелкий генератор шума может показаться бесполезным, территорию он неплохо держит под наблюдением.

– У этого генератора шума есть имя, – заявляю я. – Луна.

– Есть, говоришь? – Дравик усмехается. – Довольно бессмысленно, не находишь?

– Значит, убийцы так и будут приходить, а вы – убивать их.

– Да.

– Можете делать это безболезненно?

– Ты готова проявить к ним милосердие, хотя тебе они в нем отказали.

– Наемные убийцы – это не благородные, – настаиваю я. – Их используют так же, как нас.

– А того, кто убил твою мать? Следует мне и к нему проявить милосердие, если он снова появится?

Ромашка в чае – чтобы смягчить мои потрескавшиеся губы. Пальцы дрожат на тонком фарфоре. Мне не за что зацепиться, реальность трескается и разлетается на осколки, убийца возвышается надо мной в черных доспехах с чешуйчатым узором. Он не убил меня, а мог бы, ему приказали, но он не стал, и я не знаю почему. Но в таком случае… откуда у меня шрам на груди? Он убил мать, я знаю. В конце она стояла на коленях…

мог бы не стал, и я не знаю почему

Луна прижимается головой к моей щиколотке, прикосновение прохладного металла прерывает мои мысли. Я перевожу взгляд на лицо Дравика.

– Мне хотелось бы, чтобы вы были там, – шепчу я. – Когда это случилось в первый раз.

Улыбка принца становится натянутой.