Дождь нахмурился:

– Медсестра? Или врач?

– Кто-то из коматозников, – поправил Зеленый-Один. – Виз функционирует, пока работает сердце. Кто-то из членов Дома мог потребовать доступ к телу наездника в коме и воспользоваться его визом.

– Значит, если мы найдем наездника, даты и время посещений которого совпадают с временем, когда Явн получал сообщения, мы поймем, из какого Дома тот лидер.

Зеленый-Один выдержал короткую паузу, а затем быстрее, чем Дождь успел моргнуть, вогнал железку в палец Явна. Без кляпа благородный оглушительно взвыл, Дождь зажал уши ладонями.

– ЗЕЛЕНЫЙ!

– Он что-то скрывает. – Зеленый-Один наклонился, наблюдая, как корчится Явн. Выждав минуту, он выдернул шпильку. – Рассказывай, или воткну снова.

Дождь увидел, как исказилось мокрое от слюны и испарины лицо Явна, как он после краткого сопротивления сдался.

– Тот… океан…

Зеленый-Один наклонился ниже, его лицо оказалось вровень с лицом пленника, так что Дождь был готов поверить, будто его брат намерен рвать лицо благородного зубами.

– Выкладывай.

– Океан… – Явн говорил с трудом. – Под осью для… благородных…

– Что с ним? Давай конкретнее, – произнес Дождь в попытке выиграть время, чтобы Явн успел отдышаться.

– Иногда… там белое сияние. Я видел его… в самое неожиданное время, ночью. Под поверхностью. Не лунный свет. Слишком низко. Он тоже его видел.

– Он, – протянул Зеленый-Один. – В смысле, лидер?

Явн кивнул:

– Сказал, что это было начало… и конец.

Зеленый-Один отпихнул пленника и отошел к Дождю.

– Я проверю больницу. Когда поймем, про какой Дом речь, ты отправишься к океану и побываешь в их поместье. Ищи любую связь с «Полярной звездой».

– Откуда ты знаешь, что?..