Невероятно. Незадолго до войны существовала принцесса из рода Толэйми, а в истории не сохранилось о ней никаких упоминаний. Как могли единственным свидетельством ее существования быть лишь книга, которая попала к Отте… и галлюцинации Каллы?

– Странно, – говорит Калла.

Антон бросает на нее взгляд. Дойдя до внутреннего двора ямыня Акции, они останавливаются, прислушиваются, ждут, не покажется ли кто-то, потом переглядываются, кивают друг другу и быстро проходят через ямынь. Он пуст. В нем царит мертвая тишина.

– Как думаешь, нас заметили? – уже снаружи спрашивает Антон.

– Неважно. – Калла взлетает на спину их лошади, взяв на себя обязанность править ею первую часть пути. – Мы уезжаем. Садись.

Антон садится к ней за спину. Лошадь поначалу сбивается с темпа, тонко ржет при виде песчаных дюн, но Калла быстро направляет ее по более ровной тропе. В полутьме трудно разглядеть что-либо среди песчаной пустыни. Калла почти уверена, что где-то здесь должна быть мощеная дорога, расчищенная для путников.

Они едут молча. Должно быть, Антон впал в глубокую задумчивость, потому что он никак не реагирует на то, как правит лошадью Калла, даже когда им приходится переваливать через особенно высокую и неровную дюну. От постоянных движений ее бросает в пот, прогоняющий холод. Но уже вскоре нос теряет чувствительность. Температура воздуха продолжает снижаться. Сходя с гор, он несет с собой холод, который Калла чувствует с каждым вдохом.

– Принцесса! – вдруг зовет Антон. – Мы далеко заехали?

Калла моргает, напрягая слух, чтобы уловить вопрос сквозь завывания ветра.

– Мы уже въезжаем в северную часть Акции. А что?

– Смотри. В нашу сторону едут люди.

Калла думает, что Антон наверняка ошибся: вероятно, от недостатка отдыха в предыдущую ночь ему мерещатся миражи на горизонте. Она щурится. Дюны постепенно сменяются ровной местностью. Еще несколько часов – и они достигнут границы Акции и Жиньцуня, а значит, и плоской засушливой земли, на которой почти ничего не растет.

Но спустя некоторое время Калла понимает, что Антон прав: пятно вдалеке – это еще одна делегация. Явно не та, с которой остался Август, и не какие-нибудь местные жители.

– Останови их, – требует Калла. – Помаши руками.

Антон без колебаний делает как велено, слегка привстает в седле и отчаянно машет. Калла улавливает момент, когда делегация их заметила, при этом всадники в авангарде сбавляют скорость. Всего она насчитала пятерых. Не желая напрасно рисковать, Калла останавливает лошадь на некотором расстоянии от делегации и спешивается, меч со стуком ударяется о ее ногу. Антон решительно следует за ней, хоть он и безоружен.