– Это не единственный угнетающий момент. Наряду со всеми многочисленными прелестями эгомира.
Ася погладила щенка и тихо спросила:
– Его придется оставить здесь?
– Можешь забрать. Посмотришь, что получится.
– Так! Мне не нравится это «посмотришь». Не посмотришь, а посмотрим! Ты же идешь со мной в реальность? Говори «да».
Арсений замялся. Ася нахмурилась.
– Мы же решили.
– Здесь мне все понятно и привычно. А там…
– И там тебе все будет понятно и привычно. Я помогу. У меня есть друзья. Я тебя с ними познакомлю.
Чуть улыбнувшись, Арсений кивнул. И словно спохватившись, быстро спросил:
– А что насчет твоей мамы?
Ася скривилась.
– С ней знакомиться необязательно. У нее своя жизнь, которая ее вполне устраивает. У меня своя. У тебя будет своя. Реальная жизнь.
Арсений кивнул. Ася посмотрела в дневник.
– Так, что-то пишет.
«Маревна Андревна сказала, что поговорила с Артемием. Он высказался довольно резко. Считает эгомир вредной темой. Никогда туда не ходил, не собирается и никому не советует. Сказал, что надо жить в реальном мире, а не уходить в фантазии».
– Очень похоже на Артемия. Ну насколько я его знаю.
– Смотри, еще появляется запись. – Ася уткнулась в тетрадь и стала читать вслух: – «В реальности человека, который возвращается, должны ждать и встречать около стены. Иначе ничего не получится».
«Ладно. Мы попробуем вернуться. Ждите нас у стены», – написала Ася и закрыла дневник.
– А какая у вас с братом разница?
– Десять лет.
– Значит, ему было десять, когда ты ушел?
– Одиннадцать. И он уже тогда считал, что рисовать надо только то, что существует.
– Как это скучно…
Арсений пожал плечами.
– Ну что, попробуем отсюда выбраться?
– Попробуем.
Художники и Аксель спустились к берегу. Ярко светило солнце. За спиной шумел лес. Белые вершины гор впивались в безоблачное голубое небо. Замок замер, словно расстроившись, что хозяева его покидают.
Арсений окинул взглядом картину совершенного мира и тяжело вздохнул.
– Почему такой хмурый? – с тревогой спросила Ася.
– Страшно. Все менять. Не знаю, надо ли мне туда идти, – Арсений прикрыл глаза рукой. – Что я там буду делать?
– То же, что и здесь, – Ася погладила его по плечу, – рисовать. У тебя это очень круто получается.
– Знаешь, – Арсений опустил руку и посмотрел на Асю, – у меня еще хорошо получалось лепить… Делать скульптуры. Мне очень нравилось.
– Вот! Этим и займешься. Ты только подумай, сколько у тебя будет возможностей: общаться с живыми людьми, кататься на живых лошадях, путешествовать по настоящему миру, творить картины и скульптуры на самом деле!
– Не знаю, как меня встретит брат…
– Хорошо встретит, – серьезно сказала Ася. – Он тебя любит и будет рад твоему возвращению. Я уверена.
В глазах Арсения мелькнула слеза.
– Д-д-думаешь?
– Уверена. Отбрось все сомнения, и идем со мной. В любом случае я у тебя уже есть. – Ася выделила слово «уже».
Арсений чуть кивнул, улыбнувшись одними глазами. Оглядевшись, он спросил:
– Ты помнишь, где оказалась, когда нарисовала эгомир?
– На лужайке. Вот этой. Потом я нарисовала дом, лес и все остальное.
– Тогда нужно рисовать дверь здесь. – Арсений присел на траву. – Еще можешь вспомнить, как именно появлялся эгомир? Что было? Какие предметы? По очереди. Мне кажется, будет правильно идти в обратном порядке.
– Тогда надо нарисовать вокруг белый куб, в котором я очутилась. – Ася подняла указательный палец. – Я еще кое-что вспомнила. В замке в шкафу висит моя одежда, в которой я сюда пришла. Там в кармане – мой мобильный. Со всеми этими приключениями я совсем про него забыла. Думаю, надо его забрать.
– Конечно, забери. И кстати, нужно переодеться в настоящую одежду.
– Логично.
Ася оставила этюдник и побежала к воротам. Зашла в замок. Поднялась на второй этаж. С легкой ностальгией оглядела все, что здесь нарисовала, и прошагала в свою спальню. Открыла шкаф, переоделась, нашла мобильный и отправилась обратно. За ней, стараясь не отставать, всюду следовал Аксель.
– Какой ты милый. Все время хочешь быть рядом. – Ася подхватила собаку на руки и чмокнула в мокрый нос.
С грустью посмотрела на изображение замка, леса и гор. Побежала на берег, где сидел Арсений.
– Нашла?
– Да.
– Тогда открывай этюдник.
Ася присела рядом с Арсением, взяла его руку и слегка сжала.
– Предполагаю, что тебе надо отправиться в свой эгомир. Через лес, к твоему озеру.
– Предполагаю, что придется нарисовать мой самый первый эгомир.
– Пообещай мне, что будешь пробовать выбраться отсюда. – Она пристально посмотрела на Арсения.
– Обещаю. Но только при одном условии.
– Каком?
– Ты не будешь называть меня папой, отцом и типа того. Просто – Арсений. Ладно?
– Договорились. – Она вытащила из этюдника тетрадь и положила ему на колени. – На всякий случай, чтобы не потерять связь, я оставлю тебе свой дневник. Можешь почитать, если захочешь. Там нет ничего сверхъестественного. Только мысли и стихи восемнадцатилетней девочки.
– Хорошо.
– Пиши, если что.
– Ты тоже.
Арсений встал, поднял с травы Асю за руку и крепко обнял. Уложил тетрадь в этюдник, надел ремни и устроил его поудобнее на спине. Повернулся и быстрым шагом отправился в сторону леса.
– До встречи! – крикнула Ася.
Он оглянулся и помахал рукой.
Ася подмигнула Акселю и сказала:
– Что ж, попробуем?!
Она взяла белую краску, самую толстую кисть и принялась закрашивать пространство вокруг себя. Небо и солнце, поляна и лес, горы и водопад, замок и дорожка – все исчезло. Рядом с Асей остался только маленький белый Аксель.
– Так. Теперь черная краска, – объявила Ася. – Знаешь, дружочек, чтобы тебя не потерять в темноте или в белоте… Хм, прикольно я назвала, белота… Так вот, чтобы тебя не потерять, я засуну тебя в карман толстовки. Он большой, и в него точно поместится такая маленькая собачка.
Она сунула руку в просторное нагрудное отделение толстовки и переложила мобильный в задний карман джинсов.
– Вот. Чтобы у тебя не было соблазна его погрызть. Сиди тихо и не отвлекай меня. Понял?
Аксель тявкнул. Ася подняла щенка и аккуратно спрятала в кенгуру. Взяла кисть и уверенно макнула в черную краску.
– Сначала потолок, потом пол, – приговаривала она, делая размашистые движения. – Скоро доберусь до стен. Так, надо пристроить этюдник на спину, чтобы не упустить его из виду в темноте…
Постепенно вокруг все почернело. Пространство стало густым. Художница ничего не видела. Достала мобильный и на ощупь включила. Ася пустила в ход фонарик и осветила место, в котором оказалась. Художница висела в невидимом плотном воздухе.
– Что дальше? – вопрос прозвучал глухо, словно из закрытой банки. В голове всплыли слова Маревны Андревны. Асе даже показалось, что она слышит ее голос:
– Хочу тебе сказать, что ты можешь писать не только то, что видишь или видела когда-то. Но и то, что ты хотела бы видеть.
– То, что хотела бы видеть… – повторила Ася. – Я хотела бы видеть заросли нашего академического сада и дерево, на которое я положила тогда фонарик. Поэтому… дверь… должна быть прозрачная!
Ася направила фонарик в пустоту. Осветила пространство перед собой и стала рисовать дерево, заросшую дорожку и разбитую плитку. Густые зеленые листочки на переплетающихся ветвях и стеблях растений. Ствол и пушистые лапы ели. Еле заметные огоньки подсветки вдали, пробивающиеся сквозь заросшую часть сада. Все это постепенно начинало просматриваться через изображенную прозрачную дверь с едва уловимыми бликами на стекле.
Глава 34
Глава 34
Милана радостно вытащила мобильный и быстро набрала сообщение: «Демьян, Ася написала, что будет пробовать вернуться. Приезжай скорее. Я тоже еду в академию и иду к этой стене». Отправив послание, она закрыла дневник, быстро допила чай и вышла из комнаты общежития. Звякнуло сообщение от Демьяна: «Еду». Милана вызвала такси и убрала телефон в карман.
Добравшись до академии, она поздоровалась со знакомым охранником. Поднялась на второй этаж и постучала в кабинет Маревны Андревны.
– Войдите!
Милана закрыла за собой дверь и заговорщицким тоном произнесла:
– Она возвращается…
Маревна Андревна улыбнулась.
– Отличная новость!
Встала из-за стола, подошла к Милане и сказала:
– Надо идти к ней навстречу.
– Именно это я и хотела сделать. Только студентам не разрешают туда ходить без преподавателя. Поэтому я хотела попросить вас…
– Конечно, конечно! Только я думаю, что надо взять этюдники. Тогда это не вызовет подозрений. У меня есть запасной. Вот, держи.
– Я еще взяла Асин дневник. Будем смотреть, вдруг она что-то напишет? Будем с ней, так сказать, на связи.
– Правильно.
– И еще… Я написала Демке. Он тоже едет сюда…
– Это замечательно, – кивнула Маревна Андревна. – Мне кажется, он влюблен в Асю.
– Мне даже не кажется, а так и есть. Он мне говорил. Ася ему сразу понравилась. Он писал ей в телеге. Она вроде даже иногда отвечала… Потом, когда Ася пропала, Демьян прочел ее дневник. Это произвело на него очень сильное впечатление. Демыч сказал, что увидел внутренний мир милой, душевной девушки. Такой, о которой всегда мечтал.