Мирон встал.
– Спасибо. Мы пойдем.
– Если появятся еще вопросы – не стесняйтесь, заходите. Расскажу, что знаю. Помогу чем смогу.
Маревна Андревна попрощалась и уткнулась в экран ноутбука. Милана и Мирон вышли из кабинета и неторопливо направились к лестнице.
– Ерунда какая-то. Эгомир… Что это вообще такое? – проговорила Милана. – Типа портал какой-то?
– Не портал. Это мир художника. В который он может попасть и сделать его своей реальностью, если захочет.
– А я вот подумала, что есть более правдоподобное объяснение исчезновения Аси.
– Какое?
– Ася нашла своего папашу и уехала к нему.
– Разве они общались? Мне показалось, что Ася не особо стремилась его найти.
– Тебе много чего казалось, – огрызнулась Милана.
Мирон нахмурился и опустил глаза. Милана не обратила внимания на его недовольство и продолжила развивать свое предположение:
– В том-то и дело, что не общались! Никогда. Мамаша ее просто залетела. Это было мимолетное увлечение. Она отца особо и не знала. А уж Ася и подавно. Вот я и подумала, – Милана подняла указательный палец, – что, когда она почувствовала себя обманутой… тобой, между прочим, – она зыркнула на Мирона, – Ася могла затеять поиски. Знаешь, так часто бывает – человек взрослеет, хочет узнать, кто его отец. Даже фильм был на эту тему. Там типа девушка дала объявление в газете, и к ней на Новый год съехались отцы. Целых три штуки. Старый фильм. Мой папаша любил его смотреть. – Она задумалась и вздохнула. – Так вот… Вполне вероятно, что они встретились! Он же учился в нашей академии. Мне Ася говорила, что это единственное, что знала о нем ее мать. Наверняка у них тут есть какие-нибудь списки, документы, архивы… Помнишь, нам рассказывали, что они все работы студентов фиксируют, сканируют и все такое?
Мирон кивнул.
– Поэтому… – Милана остановилась на площадке пятого этажа, – она вполне может быть сейчас у своего папаши, и он ей рассказывает о том, как познакомился с матерью Аси. Я даже представляю эту сцену! Ася такая: «Почему же ты нас бросил? Ты знаешь, что мама так и не вышла замуж? Может быть, она в каждом мужчине ищет тебя? Как ты мог?» Тут она всплакнет. Она же такая чувствительная. А он ей говорит: «Я не знал, что у меня есть взрослая дочь. Если бы я только знал, если бы мне кто-то сказал, то я, конечно…» Или как они обычно говорят? «Я потерял твою мать из виду и даже не предполагал, что у меня где-то растет ребенок». Или так: «Я так счастлив, что у меня такая талантливая взрослая дочь» – и пустит слезу. И конечно, у него другая семья. Есть дети и красавица жена, стопроцентная стерва. И он будет говорить, что потратил эти девятнадцать лет зря. Что мог прожить совсем другую жизнь. Потом возьмет Асю за руку и будет просить прощения. И говорить, что они все наверстают. Что он научит ее ездить на велосипеде, которого у Аськи, кстати, никогда не было. Будет расспрашивать про мальчиков. Про ее увлечения и дальше по списку… Я почти уверена, что так оно и есть. Думаю, что Ася его искала. Нашла. Тут подвернулся случай, она расстроилась, позвонила ему, и они встретились, – заключила Милана.
– А зачем она взяла этюдник? – осторожно задал вопрос Мирон.
– Этюдник? Ну, наверное, по привычке, или чтобы не возвращаться, или… Не знаю.
– Что-то не сходится в твоей теории, – буркнул Мирон. – Почему она не рассказывала, что ищет его?
– Не знаю. По крайней мере, у меня есть логичное объяснение, – вспылила Милана. – Я сама позвоню тете Вере и с ней поговорю.
Воинственно прошагав к номеру, Милана распахнула дверь и зашла внутрь. В гостиной сидел Демьян, опершись локтями на стол и уронив голову на руки. Перед ним лежал закрытый дневник. Мирон присел рядом.
– Свинья ты, Мироха, – сказал Демьян. – Тебе попалась чистая, ранимая душа, а ты поиздевался и наплевал.
– Не плевал я никуда.
Демьян замахнулся на брата кулаком. Мирон отстранился.
– Я ей ничего не обещал. И вообще никому никогда ничего не обещал. Ну врал. Да. Для ее же блага…
– Не был бы братом, прибил бы, – со злостью проговорил Демьян.
– Так. Тихо! – Милана присела на кровать и набрала номер матери Аси. – Вера Олеговна? Тетя Вера, здрасте, – сказала она самым беззаботным тоном, который смогла из себя выдавить.
– Милана? Здравствуй, – ответила веселым голосом мать Аси. Были слышны громкие разговоры, музыка и звон бокалов.
– Я не вовремя? У вас гости?
– Да, гости. Ты что хотела-то?
– Мне нужно кое-что узнать про Асю.
– Что это сегодня все Аськой интересуются?
– А кто все?
– Одноклассник ваш заходил. Вроде Толик его зовут.
– Про Толика ничего не знаю, – быстро протараторила Милана. – Тетя Вера, пожалуйста, расскажите мне об отце Аси.
– О, ну ты нашла что спросить. А что, объявился?
– Н-н-нет. Не знаю. Расскажите, пожалуйста.
– Это было давно. Я особо ничего не помню. Да и связь у нас была… Непродолжительная. Щас приду! – крикнула она в сторону от трубки.
– Какой он был? Светлый, темненький? Высокий или не очень? Может, татуировка у него была? Или особенность какая-нибудь?
– Нет, татуировок не помню. А особенность была. Он, когда сильно волновался, начинал заикаться, западал на согласные. Вот как ты сказала: «Н-н-нет». Я еще дразнила его…
– А как его звали?
В трубке Веры Олеговны послышался нестройный хор мужских и женских голосов:
– Ве-ра! Ве-ра! Ве-ра!
– Да, щас! – крикнула она гостям и недовольно переспросила Милану: – Чего?
– Как его звали? Вы помните его имя?
– Фамилию не знаю… А имя странное такое. Арсений. Редкое было в то время. Я Аську назвала, чтобы было созвучно с его именем. Такая глупая была. Все ждала, что он найдет меня и мы поженимся…
Глава 32
Глава 32
Арсений испуганно кинулся к Асе и прочитал:
«Милая Ася. Моя любимая подруга. Где ты? Я так скучаю. Не могу простить себе, что не остановила тебя, не нашла нужных слов. Мне так плохо без тебя… Где тебя найти? Умоляю – прости меня. Я была в растерянности. Не знала, как тебе сказать, чтобы не обидеть, не ранить… Может, я вообще зря тебе рассказала… Я бестолковая эгоистка. Была так занята своим новым окружением, что не поняла, не заметила, не была с тобой рядом, когда ты в этом нуждалась. Мне так тебя не хватает. Я страдаю. Мучаюсь. Ты неизвестно где, совсем одна. Вернись. Дай хоть какой-то знак… Умоляю».
– Это почерк Миланы. Моей подруги, – проговорила Ася, перечитывая появившиеся сообщения.
– Значит, это возможно. – Арсений задумчиво опустил глаза.
– Наша призрачная надежда оправдалась.
Ася улыбнулась и написала: «Я нахожусь в эгомире. Своем собственном. Это прекрасное пространство, которое я устроила по своему вкусу. И я не одна. Со мной здесь замечательный человек. Талантливый художник. Учился в нашей академии. Его зовут Арсений. В нем все прекрасно, только он, когда волнуется, заикается, западает на согласные. Такая вот милая особенность». Она задумалась и продолжила: «Я не сержусь на тебя. И Мирона я простила. Все это не так важно, как мне казалось раньше. Сейчас у меня совсем другая жизнь. Мы с Арсением нарисовали чудесный мир. У нас хорошие дружеские отношения».
Положив ручку, Ася отодвинула тетрадь и весело сказала:
– У нас получилось. Мы наладили связь с реальным миром и подали сигнал.
– То, что ты написала в дневнике в ответ на послания подруги, не особо похоже на сигнал бедствия, – усмехнулся Арсений.
– Так нет никакого бедствия. Теперь, когда мы победили все опасности и больше нам ничто не угрожает, я бы задержалась здесь… С тобой, – Ася ласково улыбнулась Арсению.
– Ты уже не хочешь, чтобы нас спасали?
– Не особо, – Ася придвинулась к Арсению.
– Смотри, появилась новая запись! – воскликнул он, отодвинулся от Аси и показал на возникшие размашистые буквы.
«Любимая подруга! Я так счастлива получить твои слова! Я не понимаю, как это происходит, но хочу тебе сказать, что очень люблю тебя и очень, очень в тебе нуждаюсь. Жду, когда смогу тебя обнять и чмокнуть в щеку. Я рада, что ты нашла своего отца и у вас сложились хорошие отношения».
Ася отпрянула от тетради и выпучила глаза на Арсения.
– Какого еще отца?! – вскрикнула она.
Покачав головой, Арсений посмотрел на Асю долгим серьезным взглядом.
– Ты… ты знал? – испуганно воскликнула она.
– Н-н-нет.
– Догадался?
– Д-д-да.
– Когда?!
– После д-драки с тьмой.
– Но как?
– Я увидел, как мы п-похожи. Сопоставил факты. Ты смогла пройти в мой мир, я в твой. Наши миры объединились. Родная кровь… Это закономерно.
Ася встала и оперлась на столик.
– Интересно. И когда ты собирался мне сказать?
– Сегодня. Насажал бы на небо звезд и сказал.
– В темноте.
– Д-д-да. Чтобы ты не видела моих глаз. Я не смог бы скрыть буйство эмоций, которые заполонили мою душу. Радость, что ты родной мне человек. Невероятность того, что у меня есть взрослая дочь и это ты. Определенное разочарование, потому что я долгое время воспринимал тебя как друга и даже как девушку.
Он нервно встал и прошелся перед беседкой. Вернулся за столик и сел.
– Надеюсь, что друзьями мы все-таки останемся?
Арсений заглянул в глаза Аси. Она спрятала взгляд и медленно опустилась на лавочку. Взяла на руки щенка, погладила и чмокнула в макушку. Аксель поднял мордочку и слизнул соленую слезинку с щеки хозяйки.
Арсений долго молчал, тяжело вздохнул и стал рассказывать: