– Очень осторожно.

Шахразада фыркнула, подвинула юношу и выглянула в коридор сквозь узкую щель. Затем шагнула в темноту и махнула рукой.

– Следуйте за мной. Только тихо.

Низко опустив голову, жена халифа быстро направилась по темным дворцовым переходам, надеясь про себя, что никто не обратит внимания на ее новых охранников.

Молясь про себя, чтобы не повстречать по пути Джалала.

Молчаливая процессия преодолела несколько больших коридоров, пока не свернула в тот, что вел к покоям Халида. Очутившись в узком проходе со сводчатым потолком из узнаваемого белого мрамора, Шахразада резко остановилась.

Ее сердце упало.

Перед массивными дверями из черного дерева стоял одинокий часовой, который выпрямился, заметив ее, однако подозрительно сощурился при виде предполагаемых телохранителей.

– Моя госпожа, – почтительно произнес страж с поклоном. – Могу ли я чем-то помочь?

– Я лишь хотела вернуть этот сверток в покои халифа, – улыбнулась Шахразада, демонстрируя волшебный коврик.

– Буду рад оказать содействие. Оставьте его мне…

– Лучше я сама положу его на нужное место, – перебила часового девушка.

– Как вам будет угодно, – кивнул тот, отходя в сторону. Однако вскинул руку, преграждая путь двинувшимся следом Тарику и Рахиму. – Прошу меня простить, моя госпожа, однако посторонним входить в покои халифа строжайше запрещено.

– Даже если я так велю? – улыбка Шахразады стала напряженной.

– Мне очень жаль, моя госпожа, но приказано впускать лишь вас или капитана аль-Хури в отсутствие халифа.

– Полагаю, сегодня самый подходящий вечер, чтобы сделать исключение, – ледяным тоном сказала Шахразада, берясь за бронзовую ручку.

– Но, моя госпожа… – беспомощно пролепетал стражник, делая попытку остановить гостью.

– Ты собираешься мне препятствовать? – холодно воззрилась на дерзкого часового жена халифа. – Известно ли тебе, что стало с последним грубияном, применившим ко мне силу? Но можешь попытать удачу. Уверена, мой муж с интересом выслушает рассказ о нашем общении. Как тебя зовут?

– Помилуйте, госпожа Шахразада! – побледнел стражник.

– Длинновато для имени, – с издевкой протянула она. – А теперь, если ты хотел бы сохранить руку… и жизнь, то позволь нам пройти.