– Кто вы такая?

Раздражение сменилось любопытством: мне хотелось узнать больше не только о таинственной женщине, но и обо всем острове, который так отличался от мест, где я выросла.

Земля сирен была испещрена каменистыми склонами. Острые, как пики, скалы скрывали Восточное Побережье от назойливых путников, проплывающих на кораблях мимо. Утес то находился в объятьях разъяренных волн, то купался в туманной дымке. Остров когда-то принадлежал сиренам, но теперь здесь властвовали люди: не новоприбывшие, а те, кто не смог отсюда выбраться. Сердце подсказывало, что для создания подобного места сирены использовали кровь и кости жертв, которых силой приводили сюда веками. Вскинув голову, заметила, что на небе не было ни облака. Верхушки деревьев, принявшие со временем алый оттенок, теперь вызывали панический ужас.

– Давай оставим все вопросы на потом, мы уже близко.

– Близко к чему?!

Женщина не ответила. Жестом руки она предложила встать рядом и осмотреться, что я и сделала.

Впереди простиралась небольшая поляна, освещенная множеством факелов, деревянные основания которых были воткнуты прямо в землю. По краям, на границе с лесом, стояли три беседки, отдаленно напоминающие лачуги, которые мне довелось увидеть на территории мужского лагеря. Отличие было лишь в том, что крышу, стены и двери заменяли цветные прозрачные ткани, слегка покачивающиеся на ветру. Эти строения напоминали клетки, где, подобно зверям, томились девушки, за которыми можно было наблюдать в любое время дня и ночи.

Посреди поляны, обрамленный низкорослыми растениями цвета алого заката, находился небольшой оазис. Завороженная, я не сдержалась и подошла ближе, чтобы потрогать невероятного оттенка листья, как вдруг почувствовала звонкий шлепок по своей руке.

– Эти цветы нельзя трогать. Они ядовиты. Вреда они не представляют только для человека, так что будь добра, не приближайся к ним.

Не успела я и слова произнести, как поляну заполнил громкий девчачий смех, заставив меня вздрогнуть и перевести взгляд. Из леса выбежала нагая девушка, следом за которой, не сбавляя шага, появились еще трое. Я глуповато вытянула руку и указала пальцем на компанию, выпалив:

– Это же сирены.

Повернув голову в сторону девушек, которые забежали в воду, взметнув брызги, я ощутила непреодолимое притяжение к ним. Сделала робкий шаг вперед и остановилась, не в силах поверить своим глазам. Одна из сирен заметила меня и, улыбнувшись, поманила пальцем, игриво обнажив заостренные зубы.

– Они здесь не для того, чтобы ублажать похотливых моряков. Эта роль сегодня отведена другим. Эти сирены смогли добиться расположения капитанов с помощью чар, затуманивающих разум, и те приняли их на борт безоговорочно, не замечая пропажи членов собственной команды. Если матросы и видели что-то странное и пугающее в лицах невест капитана, то опасались открыто высказывать догадки, боясь за свою жизнь. – Женщина наблюдала за резвящимися в воде под лунным светом сиренами с такой любовью и нежностью, как будто это были ее родные дети.

– Вам столько всего известно: и про девушек, и как они оказались на острове. Кто вы такая? – Возможно, мой вопрос прозвучал немного грубее и резче, чем я планировала.

Внезапно глаза женщины заволокла красная пелена, рот искривился, обнажая ряд острых зубов. Волосы стали цвета илистого дна, пухлые губы налились спелой вишней, на шее проступил уродливый шрам. Я схватила обманщицу за запястье, притянула к себе и зло прошипела:

– Что ты здесь забыла?!

Сара взяла меня под локоть и потянула в сторону одной из лачуг, заговорив шепотом:

– Идем, Похитительница душ, нам еще столько надо с тобой обсудить.

Оказавшись внутри ближайшей свободной беседки, я несколько секунд не могла привыкнуть к полутьме. Серебряные канделябры, расставленные на полу, покрылись толстым слоем припекшегося воска, тонкие зажженные свечи больше источали аромат роз, нежели разгоняли тени. Двигаясь на ощупь, я больно ударилась коленом обо что-то металлическое и чертыхнулась. Осторожно вытянув руки вперед, нащупала холодный материал и медленно начала водить по нему пальцами, повторяя форму, и тут же намочила ладони. Предмет напоминал овал с углублением, заполненный горячей водой или чем-то еще, и лишь спустя несколько секунд я поняла, что это была гигантская ванна.

Внезапно на улице раздались мужские голоса, отчего я невольно вздрогнула. Сирена уже не притворялась беспомощной женщиной, которая годилась лишь на то, чтобы приводить заблудших овечек прямиком в дьявольский котлован. Чары развеялись, и передо мной стояла молодая девушка, которой по воле судьбы не суждено было прожить долгую жизнь.

По моей воле.

– За мужчин можешь не переживать. Это простые юнги с корабля, они ничего не вспомнят, когда покинут поляну, а моим девочкам тоже нужно развлечься перед тяжелой ночью.

Пока твоим.

От собственных мыслей я не могла скрыть улыбки.

Приятный звук разбивающихся о поверхность ванны капель напомнил мне о доме и Генри. Прикусив нижнюю губу, я постаралась сморгнуть подступающие слезы, но стоило мне лишь мыслями вернуться в реальность, как холодная влажная ладонь прикоснулась к запястью:

– Я сделаю то, что обещала, – дарую тебе свободу, но не забывай, для чего ты находишься здесь. Всему есть предел, и моему терпению тоже. Полезай в ванну, мы должны привести тебя в порядок, чтобы ты достойно предстала перед ним.

Сара не упомянула имени, но этого и не требовалось – лишь одно желание затмевало даже стремление к освобождению: смерть человека, который обрек ее на такую судьбу.

– А ты, я смотрю, последовала моему совету относительно мальчишки. Твое тело пропитано его запашком. – Сарказм в голосе Королевы сирен заставил меня прикусить губу, чтобы не съязвить в ответ.

Я скинула с себя грязную одежду и осторожно залезла в горячую ванну. Позволила себе расслабиться, окунувшись в воду с головой и крепко сжимая в ладони кулон. У меня не было сил злиться. Вынырнув, я почувствовала, как Сара обхватила свободной рукой мои мокрые волосы и переложила их на одно плечо.

– Что ты делаешь?! – Я хотела выбраться из хватки Королевы сирен, но та лишь властным жестом вернула меня обратно.

– Я не сделаю тебе больно, лишь помогу немного расслабиться и снять напряжение.

Руки Сары медленно начали массировать одеревенелые мышцы спины, отчего я прикрыла глаза и застонала. Королева нажала пальцем в углубление, и я вскрикнула, почувствовав, как боль сменилась на облегчение и невесомость. Сара пару минут водила руками по моей шее, лопаткам, помогая ослабить спазмированное тело.

Я задремала, но сквозь сон услышала удаляющиеся шаги Сары из лачуги. Когда проснулась и потянулась к краям ванны, чтобы выбраться из нее, пальцы Королевы сирен вцепились в мои плечи, заставив вскрикнуть от испуга.

– Какого черта?!

– Прости, я не думала, что ты из пугливых, – ехидно фыркнула Королева сирен, снова скользнув в ванну. – Не скучала? Нужно было переговорить кое с кем. Подготовка к балу требует много времени и сил, не находишь?

Я сдержала едкий ответ, позволяя Саре насладиться властью, которая скоро утечет сквозь ее пальцы.

Глава 17

Глава 17

Рискни – да вознаградятся твои старания.

Уильям

Всю ночь я не мог сомкнуть глаз. Чем ближе мы были к Восточному Побережью, тем больше меня охватывала паника, объяснение которой не мог найти. Я винил себя за то, что не узнал большего от Эмилии, ее напористость и ярость пугали, она не знала меры и грани, не могла вовремя остановиться.

Что-то во всей этой истории было первоначально неправильно. Эмилия выступала в роли игрушки и марионетки Королевы сирен, которая не могла сама свести счеты с Роджером. Но чем больше времени я проводил с девушкой, тем сильнее убеждался, что она искусно притворяется.

Встав с кровати и обойдя каюту вдоль и поперек несколько раз, я отчаянно пытался понять, что за игру ведет Сара и чего она в конечном итоге добивается. Если Королева сирен сама не может убить Роджера, есть множество вариантов сделать это через кого-то, при помощи чьих-то запачканных грязью и кровью рук, да тех же головорезов. Но зачем втягивать сюда Эмилию и строить планы, растянутые почти на десятилетие?

От бесчисленных мыслей разболелась голова, и я, вздохнув и подняв бутылку рома, которая стояла у ножки кровати, сделал пару глотков и зажмурил глаза от жара, растекающегося по телу, и горечи, заполняющей рот.

Внезапно голову словно сжали тисками. Стараясь унять разрастающуюся боль, осторожно и медленно помассировал указательными пальцами виски, а затем облокотился на стол, который скрипнул под тяжестью моего веса. Бесконечный поток мыслей мешал сконцентрироваться, и он ускользал, словно змеи от огня. Легкий ветер заполнил каюту буквально на несколько мгновений, но этого хватило, чтобы я обернулся и перехватил тонкую руку, которая потянулась к моему плечу.

– Мне казалось, что наша сделка обнулилась. Я привел Эмилию сюда, ты дала мне свободу в море, чего еще тебе не хватает?

– Ох, Уильям, дорогой, неужели ты думаешь, что после стольких лет я позволю тебе уйти от меня? Уйти вот так просто? Разве нам было плохо вместе? Все эти четыре года… – Звонкий девичий смех наполнил каюту: от него веяло злостью и разочарованием. – Это было так мило, когда во время нашей последней встречи ты напился до беспамятства и выдыхал ее имя мне в губы. – Пальцы, словно холодное железо, скользнули по коже, вызвав волну неприятных мурашек.