– А, Томми! Здравствуй, старый друг!

Он нагло опускается на свободный стул между друзьями Тома – никем иным эти люди быть не могут. Самый главный картёжник делает глоток из бутылки, выразительно глядя на Джеффри из-под полей шляпы. Затем медленно ставит своё пойло на стол и многозначительно произносит:

– Нет у тебя денег. А те, что есть, не твои. И распоряжаться ты ими не вправе. Катись отсюда, пока тебе задницу местные не надрали. А то Тому ты должен, боцману его тоже должен, ещё и мне должен останешься.

– Да мы не в обиде. Как там? Бог велит всё прощать? Может, он у тебя отыграется и всем всё раздаст, Харон, – один подвыпивший пират чешет плешивую бороду и громко рыгает.

Уже не так приятно в компании, но Джеффри не подаёт вида. Всё внимание его притягивает главный игрок, которого обозвали Хароном. Вот так везение, а ведь он ещё даже не начал играть!

Но брови лезут на лоб, а левый глаз дёргается. Если шрам, о котором сказал Бентлей, – это шрам от кипящего сахара, то Корморэнт мог догадаться и раньше. А ведь просто стоило хорошенько подумать, чего он, как обычно, решил не делать.

После дуэли с Бентлеем и стычкой с французами он больше не видел Джеймса. Намеренно он, конечно, его не искал, но компанию в выпивке ему составил только Буци. Ещё и в списках погибших никакой Джеймс не числился.

– Ты!

Игрок расплывается в улыбке и откидывается на стену. Чёрная широкополая шляпа сползает ему на лоб.

– Я.

– Так ты никакой не Джеймс. – Джеффри тычет в него пальцем, но вовремя отдёргивает руку, пока ему не пригвоздили её к столу. Даже у пиратов бывают замашки. – И ты всё это время был у нас под носом.

Игрок пожимает плечами.

– Был и был, что же поделать! – Он разводит руки в стороны. – Ну что, побежишь за своим господином или мы успеем сыграть одну партейку?

Корморэнт разочарованно хмыкает. Его оставили в дураках, хоть он сам и не подозревал подобного. Окинув сидящих за столом, Джеффри выдыхает:

– Раздавай.

Он кладёт локти на стол, и из рукавов тут же сыпятся смятые карты.

* * *

Ночное небо полно звёзд, Джеффри задирает голову, переминаясь с ноги на ногу. Кеннета всё нет, а Харон пялится вдаль на возвышающийся маяк. От английского лорда капитан ожидает той самой пунктуальности, которой его время от времени попрекает Спаркс. Но кажется, сейчас совершенно не тот случай.

Джеффри вытряхивает из дырявого кармана угольки, грязь от которых он размазал под глазами Кеннета. Глупее идеи просто не придумать, но ему захотелось поиздеваться над лордом, переходя границы дозволенного и прикрывшись благой затеей. Но больше всего поиздевались, конечно, над ним самим. Харон ободрал его, как, впрочем, и всех других за столом. Вот же счастливчик.