В глазах потемнело, она согнулась пополам и выронила нож. Он с грохотом упал на землю, блестя от воды, крови и яда. Рен держала руку, ее глаза наполнились болью и ненавистью. Яд уже должен был проникнуть в его кровоток. Она просто должна прожить чуть дольше, чем он.

– Ты могла бы возвестить о начале новой эры. Эры мира. – Он забрал нож. – Ты глупая, эгоистичная девчонка.

– Это чушь! – закричала она. – Как ты не понимаешь, что это не принесло бы мир!

– Разве ты не видишь, что Дану и Весрия никогда не покончат с этим по своей воле? – Он дрожал от гнева. – Даже если ты веришь, что в твоих силах что-то изменить, ты не сможешь сбросить груз столетий насилия. Посмотри вокруг. Твоя земля выжжена. Экономика разрушена. Дети остались без родителей. Этот мир – сплошная неразбериха. Думаешь, твой народ так легко простит Весрию? Думаешь, мы когда-нибудь сможем увидеть прогресс в таких условиях?

Она подумала о Хэле. О своей яркой любви к нему и надежде, которой он ее наполнил. Если два таких человека, как они, смогли полюбить друг друга, то, возможно, однажды их разбитые страны тоже научатся сосуществовать.

– Да. Именно так я и думаю. – Холодный пот и капли дождя стекали по ее лицу, а тело дрожало от всплеска адреналина. Однако она решительно подняла голову и посмотрела ему в глаза. – Я знаю, что мы лучше наших предков. Я знаю, мы сможем исцелиться от этого, но только если отложим насилие в сторону. Если мы перестанем отвечать ошибкой на ошибку. Твой способ не лучший. Он такой же.

– Такой же? Вы убивали друг друга просто так. Я делаю это ради высшего блага. Меня запомнят как героя. Провидца. Мои люди слишком долго прятались, но я изменю этот мир.

Ужасная правда открылась ей. Он верил в это – в каждое свое слово.

– Неужели ты настолько бессердечен?

– Перестань, – усмехнулся Лоури. – А теперь будь хорошей заложницей и вставай.

Рен с трудом поднялась на ноги, не обращая внимания на постоянную пульсирующую боль в сломанной руке. Пистолет настойчиво давил ей в спину, подталкивая вперед. Над краем утеса в бушующем прибое покачивался пароход. Как только Лоури закончит с ней, он бросит ее в волны. Она могла представить вкус воды, когда она наполнит ее рот и нос. Как соль сожжет ее внутренности.

Но к тому моменту, когда это произойдет, он будет уже мертв.

Они медленно спустились по лестнице. Шаги Лоури были тяжелыми и шаткими. Затем внезапно они остановились. Она обернулась через плечо как раз в тот момент, когда он рухнул.

– Что ты со мной сделала? – Теперь в его глазах горели испуг и отчаяние, как у загнанного в ловушку волка. – Что ты сделала?