Когда она погрузилась глубоко внутрь себя, то почувствовала, что ее магия спит, как будто она была заключена под толстым слоем льда. Она была далеко, но, слава Богине, она была. Может быть, однажды она простит ее за чрезмерное употребление. Рен моргнула, сдерживая слезящуюся волну облегчения, и вместо этого принялась изучать обстановку.

По сравнению с остальной Башней эта комната казалась уютной. Она освещалась теплом каминного огня, который омывал комнату мягким оранжевым светом заката. Она уткнулась носом в шерстяную отделку одеяла и вдохнула его успокаивающий аромат.

Когда дверь открылась, Рен обернулась и увидела на пороге Хэла. Он замер, когда заметил, что она проснулась, словно она была какой-то ненадежно закрепленной вазой, которая упадет и разобьется, если он будет двигаться слишком быстро. От двух кружек в его руках лениво поднимался пар.

– Рен.

– Привет, – хрипло произнесла она. Хэл поставил кружки на прикроватный столик и сел рядом с ней. Она переплела свои пальцы с его. Ее руки все еще были белыми как кость и окоченевшими от холода, а его были такими теплыми. Рен крепко сжала его ладонь. – Ты спас меня.

– Скорее наоборот.

Она решила не спорить с ним. Не сейчас, когда он был таким нежным.

Он наклонился и поцеловал ее в лоб, и с места, где она сидела, было слишком заманчиво просунуть руки под подол его расстегнутой рубашки. Она положила ладони ему на живот, наслаждаясь твердым теплом его тела.

Он поморщился.

– Ты ледяная.

– Я чуть не умерла, – озорно ухмыльнулась Рен. – А ты горячий. Так что делись.

Хэл покачал головой и забрался в постель рядом, позволив ей прижаться к нему носом. Она положила голову ему на грудь, прямо над бьющимся сердцем. Это было что-то истинное и прочное – невероятно важное, когда весь мир пошатнулся вокруг нее.

Лоури был мертв, но, как и шрам, который остался после исцеления Изабель, он всегда будет с ней, как бы сильно она ни хотела забыть.

– Я почти убила его, но оказалась слишком трусливой, чтобы довести дело до конца, – пробормотала она. – Тебе не стоило вмешиваться подобным образом.

– Нет. Ты была храброй. – Хэл убрал волосы с ее лица. – Нас всех растили так, чтобы мы стали жестокими. Требуется немалая сила, чтобы оставаться добрым в этом мире. Терпеть страдания, вместо того чтобы усугублять их.

Рен была слишком поражена, чтобы сказать что-то в ответ.

– Без тебя я был бы другим человеком, – продолжил он. – Без тебя солнце, возможно, встало бы над совершенно другим миром.

Рен заставила себя рассмеяться, только чтобы сдержать слезы.

– Ты не можешь говорить такое всерьез.