Она крепко обняла себя, на лбу выступила испарина, а в голове все перемешалось. Сусу пролежала так с большой час или даже дольше. Она давно потеряла счет времени и уже решила, что сегодня точно расстанется с жизнью, когда ее обдало летним теплым ветерком из распахнутой двери. Порыв свежего воздуха немного прояснил помутненное сознание, и девушка заморгала невидящими глазами.

Чьи-то холодные руки распахнули полы ее одеяния, и Сусу впервые осознала, какую неотвратимую власть возымел над смертной яд шелкопряда. Она вздрогнула и прильнула к юноше, и от этого простого прикосновения действие яда в ее теле немного утихло.

Таньтай Цзинь холодно разглядывал девушку. Даже не поцеловав губ Сусу, он овладел ею так, словно выполнял какую-то работу. Она приглушенно застонала и вцепилась руками в простыни.

– Ты стала такой уродливой, – усмехнулся он, – мы совсем не желаем тебя.

Сусу закусила губу. Она очень исхудала: некогда пухлые нежные щечки осунулись, черты заострились. Талия стала такой тонкой, что, казалось, еще немного – и она сломается. Но сейчас под действием яда Сусу не смутилась: ею словно овладело нечто похожее на зависимость, лишь на сердце было неспокойно. Она вкусила почти все восемь невзгод жизни[83], хотя у нее даже не было сил ненавидеть его – только усталость, как у путника, что измаялся дальней дорогой и мечтает об одном: вернуться домой.

Сама она совсем не представляла, как выглядит сейчас, и приняла на веру его слова. Сусу не могла знать, что страдание придало ее телу почти неземное изящество, а лицо приобрело тот тип хрупкой и изысканной прелести, который вызывает у жестокосердного человека еще большее влечение и жажду обладать этой трепетной красотой.

Таньтай Цзинь заметил свое отражение в ее глазах. Он знал, что Сусу не может видеть его лица, и все же, вновь войдя в нее, сдерживал настоящие эмоции. Почти всю ночь, словно забыв, что сказал девушке раньше, он овладевал ею снова и снова.

Когда он в очередной раз достиг пика и собрался уходить, его удержала тоненькая ручка. Он обернулся и впервые прочел на ее лице ожидание и беспокойство.

Девушка долго колебалась и наконец прошептала:

– Могу ли выменять у тебя… цветок долголетия?

Глава 39 Духовная сущность

Глава 39

Духовная сущность

– Выменять? Что мы получим взамен цветка долголетия?

Сусу не могла видеть его лица, только слышала равнодушный, лишенный даже капли тепла голос, поэтому ей пришлось сказать:

– Если научу тебя искусству быстрого и легкого меча, подойдет? Мне… очень нужен этот цветок… Глаза болят невыносимо.