– Я так счастлива, что ты здесь, рядом со мной, – сказала она, утыкаясь носом ему в грудь. Он положил подбородок на ее светловолосую макушку.

– А где же мне еще быть, милая? – Она не ответила, лишь едва заметно всхлипнула. Меньше всего ему хотелось расстраивать ее. – Циара? – позвал Виктор. – Что случилось? Ты плачешь?

– От счастья, дорогой, это слезы радости.

Виктор обхватил ее лицо ладонями и всмотрелся в наполненные светом глаза, в которых читалась легкая грусть. Как бы он ни старался, но не мог прогнать эту тоску. Наверное, он плохо старался.

Двери зала распахнулись, впуская новых гостей. Восторженные вздохи свидетельствовали лишь об одном – к ним пожаловала сама правительница королевства.

Юстиана де Казиньяк направлялась к хозяевам Зеркального особняка, каждый шаг – напористый, уверенный, надменный. В груди Виктора кольнуло: сердце, пронзенное ледяными осколками, вздрогнуло, встрепенулось, ища тепло воспоминаний. Следом за королевой крался, будто тигр, ее фаворит. Блондин с пустым взглядом, в котором зияла беззвездная ночь.

Пары поприветствовали друг друга, королева улыбнулась Виктору, посылая новую волну беспокойства. Эта улыбка…

Они вернулись к танцам, кружа по залу бесконечно долго, когда вдруг раздался ужасный грохот. Зеркальная стена пошла рябью, заставив Виктора остановиться. Следом за стуком он услышал голос, скорее похожий на рык:

– Открывай!

Но танцы и музыка продолжались, никто будто и не замечал шума.

– Эй, Виктор, открой эту проклятую дверь! Вот же осел!

Голос показался ему знакомым, и Виктор направился к двери, оставив супругу в недоумении. Подойдя к порогу, он обернулся – Циара уже общалась с кем-то из гостей.

– Кто там? – спросил Виктор, приложив ухо к двери. Открывать он не торопился, каждое его движение сковал холод.

– Тебе там что, черви мозг проели? – вновь раздался ехидный голос.

Виктор даже отшатнулся от такой наглости. Что позволял себе этот незваный гость?

Циара наконец приблизилась и положила ладонь ему на плечо. Жена выглядела обеспокоенной.

– Что такое, дорогой?

Неужели она правда ничего не замечала, и все это померещилось ему?

– Ничего, – тряхнул головой Виктор и усмехнулся. – Наверное, просто ветер.

Вновь за дверью особняка громыхнуло, как если бы сами горы сдвинулись со своих мест.