Она спрыгнула с коня и упала на снег, плотно прижав ладони к ушам. Нежата поступила так же. Рагдай и Домир поднесли ладони к ушам, не слезая с коней. Зато никто из войска не услышал призыв Михле: ратники продолжали стоять, вглядываясь в золотое свечение.

Девоптицы пели изо всех сил: их голоса наливались такой мощью, что как Михле ни зажимала уши, но всё же не могла полностью оградиться от звуков. Напевы переливались полноводной рекой, разлетались золотом, пугали, завораживали, внушали такое множество чувств, что в груди всё переполнялось и бурлило.

Ратники не успели защититься от пения: с криками вскочили на коней, некоторые встали в строй, другие кинулись как есть, вразнобой. Со стороны Стрейвина на аларские войска двинулась буря: сильный ветер поднимал с земли пушистый снег и гнал вперёд. Всё чаще в клубах бурана вспыхивали огни размером с огромный весенний костёр.

Два войска столкнулись, с дальних рядов аларского строя полетели стрелы, но вспыхивали на лету. Несколько человек загорелись и упали замертво.

– Нет! – выкрикнул Ружан и кинулся в гущу битвы.

Михле села в снегу, не отнимая ладоней от головы. Рагдай пустился за Ружаном – руки у них обоих теперь держали поводья. Сердце Михле заколотилось о рёбра изо всех сил.

Колдуны разили аларцев без жалости: дыбились шторма, вспыхивали костры, кружили вьюги, сплетаясь и наполняя округу непрекращающимся гулом. Болота перед Серебряным лесом заволокло страшными буранами, вспыхивающими пламенем. Михле никогда не видела ничего подобного, и зрелище могло бы завораживать, если бы не было таким жутким.

Золото над лесом постепенно начало меркнуть, но из-за колдовских огней всё равно было светло. Девоптицы взлетали над деревьями крупными величественными силуэтами, перемещались, чтобы лучше видеть битву. Дождавшись, когда их песня смолкнет, Михле поднялась, запрыгнула в седло и поскакала вперёд. Нежата бросилась следом.

* * *

Ивлад и Домир выбежали из шатра, когда поняли, что Зверь решил завладеть их разумом с помощью девоптиц.

– Домир! – окликнул Ивлад. – Ты меня слышишь?

Лицо Домира оставалось сосредоточенным, и Ивлада это ободрило.

– У служанок был порошок. А ты?

– У меня от Нежаты.

– Пусть верховные думают, что они свели нас с ума, – предложил Домир. – Они ведь этого добивались.

Судя по тому, как легко им позволили покинуть шатёр, так и было. Ивлад кивнул.

Мимо них пронёсся отряд колдунов. Впереди разбухала и крепла снеговая туча, по команде взрывающаяся огнями. Пламенный вихрь оторвался от отряда и помчался вперёд. Пение девоптиц не могло заглушить крики, полные боли и безумия. Ивлад рванулся вперёд, но лес его не пустил, будто крепко держал невидимыми руками.