– Ничего.

Драган кивнул удовлетворённо, но остался на месте. Постоял, подумал о чём-то своём.

– Ты давно в Гняздеце? – спросила от скуки Дара.

– С рождения. Ещё молодой бабку Малику помню, – он кивнул в сторону холма. – Красивая была когда-то, но тело человеческое быстро дряхлеет.

Он поклонился могиле.

– Спи спокойно, Малика. Будет у тебя теперь защитник даже на том свете.

Он усмехнулся:

– Старуха уж больно любила Пресветлых Братьев, а мне всегда вслед плевала. Вот пусть теперь вечно спит в обнимку с Охотником.

– Раз она тебе вслед плевала, зачем ты ей кланяешься?

– Нечего держать обиду на тех, кто теперь в пустоши. Пошли. Поздно уже.

Из всех Воронов Драган реже остальных бывал дома, ни с кем почти не разговаривал, а на Дару и вовсе не обращал внимания. Мрачный, здоровый, нахохлившийся, он и вправду напоминал огромную чёрную птицу. Находиться рядом с ним было странно.

– Чернава сказала, что это ты предложил ей пойти на службу к Моране.

Драган остановился, оглянулся через плечо, хмуря брови.

– Не зови госпожу к ночи. Она может откликнуться.

Дара успела уловить, как он сложил пальцы в обережный знак.

– Ты боишься её?

– А ты не боишься своего мужа? – усмехнулся Драган.

– У меня нет мужа, – возмутилась Дара.

– А кто же тогда тебе леший?

Он шёл впереди, широко шагая, не оборачиваясь.