Мы закрыли за собой дверь и подошли к шкафу с ингредиентами. Мама пересчитала кирпичи в стене, нажала один из них, и шкаф послушно отъехал в сторону, открывая узкую лестницу, ведущую глубоко вниз.

Мама зажгла на ладони шарик света и ступила в темноту. Я последовала её примеру. Шкаф за нашими спинами вернулся на прежнее место.

– Ещё один тайный ход, – пробормотала я.

– О, этот замок полон тайн. Многие из них появились ещё до академии. Я за свою жизнь не сумела разгадать их все.

– За четыре своих учебных года ты узнала гораздо больше, чем я.

Мама пожала плечами, помолчала, а потом ответила:

– Да, наверное, ты права.

Мы спускались всё глубже и глубже, погружаясь в сырой, могильный холод. Темнота стала такой густой, что шарик света едва справлялся с её густыми щупальцами. Я почти не видела маму, которая шла впереди, только иногда мелькал её свет, казавшийся маленькой горошиной в океане мрака.

А потом темнота исчезла. В огромных каменных чашах вспыхнуло голубое пламя, освещая широкий коридор с высокими, увитыми каменным плющом сводами. Впереди высились двери, украшенные золотыми узорами, по которым струились, поблёскивая, ручейки Потока. Такие же ручейки бежали по золотым дорожкам, украшающим пол, чаши с огнём и колонны. Я не сомневалась, что и пламя было полно магии.

Мама быстро пересекла коридор, навалилась на дверь. Я помогла ей и обомлела окончательно, когда увидела то, что за ней скрывалось. Огромное круглое помещение освещало всё то же голубое пламя. Мы стояли на вершине амфитеатра, он спускался к круглой арене, в центре которой располагался массивный каменный стол. С противоположной стороны стояли три статуи. Три женщины. Одна – та, что слева, – держала в руках жёлтый кристальный шар, должно быть олицетворявший солнце. Правая держала голубой шар, символ луны. В руках центральной женщины шар был чёрным, и от него во все стороны расходилась золотая корона лучей, – солнечное затмение. На голове каждой был надет диковинный головной убор с рогами, который, будто забрало шлема, спускался на лоб и закрывал глаза, одновременно с этим оставляя лица женщин в тени. За спинами статуй высилась стрельчатая арка, в которой раскинуло ветви каменное дерево.

– Храм Сгинувших Богинь? – прошептала я, поражённая увиденным. – Ты всё-таки его нашла?

Мама кивнула, и на лице её я видела искреннее благоговение перед теми, на кого мы смотрели.

– Храм Истинных Богинь, несмотря на то что время и люди стёрли их имена из нашей памяти, а Триада позаботилась о том, чтобы мы их никогда не вспомнили.