Я заплакала, вцепившись в курсанта, в его свежее простое звучание, тщетно силясь изгнать из памяти тот самый, последний, выдох Матвея.

«Мишка!» – звенело в ушах, прорывая все мыслимые барьеры.

– Наверху еще трупы, Даня. Там нужно искать Михаила.

Обухов чертыхнулся. С тоской посмотрел на лестницу:

– Господин инспектор, пойдете со мной. Аля побудет с Дашей.

– Нет! – вырвалось само собой, истерическим бесконтрольным воплем. – Я тоже пойду, вдруг что-то услышу. Пожалуйста, ну пожалуйста!

Что угодно, куда угодно, только не оставаться в этом зале, только не в компании безумной Пятой, обнимающей мертвое тело. Лучше как-то действовать, не сидеть в ожидании, утопая в агонии Матвея Гордона.

Парни внимательно меня осмотрели. Юэ Лун сдался первым, протяжно вздохнул:

– Я побуду с Дарьей Васильевной. В самом деле, не следует мучить обеих, оставляя один на один с телами. Если что, зовите на помощь.

Обухов подал мне руку, выдернул из омута чужой боли. Рядом с ним стало проще дышать, я даже вспомнила об инструменте, намертво стиснутом в кулаке, и приготовилась к бою. Так, вдвоем, касаясь друг друга плечами, мы прокрались по кованым ступеням наверх, в сумрачную галерею.

– Направо или налево? – знаком спросил гардемарин.

Я вслушалась и шагнула во тьму правого крыла галереи.

Здесь тоже валялись трупы, уже не так густо, как в нижнем ярусе. Но я едва не рухнула вниз, споткнувшись о ногу ребенка. Совсем юный послушник лежал в проходе, неловко вывернув руку с мечом. Упрямец, решивший прикрыть отступление, побежавший спасать главу.

– Иногда Матвей Гордон собирал молодняк, – поморщившись, пояснил курсант. – Передача знаний новым адептам.

– Это, по-твоему, сделал Григ?

– Нарываешься? – хмыкнул Данила. – Хочешь почитать протоколы с мест его кровавых концертов? Слуги, женщины, дети, даже собаки и лошади… Допускаю, тогда он был невменяем, но прошлое безумие может вернуться. Появление дракона в Москве что-то триггернуло в его голове, цепь замкнулась – и вот опять!

– Я кое-что услышала, – шепнула я, стараясь не думать, не представлять, не впускать в реальность его слова. – Я знаю, из-за чего Синг Шё вырезал Дом Манекенов.

Обухов замер, вытащил карту, чтоб осветить мне лицо.