Бирна попыталась сделать первый шажок, но чуть не упала.

– А ну стой! – заулыбался Бьёрн, подхватывая её под талию. – А не то носом пол пропашешь. Сеять придётся.

– Отпусти! – Бирна вырвалась и побежала на носочках, пока не упёрлась в стену. Прошла ещё пару шагов, а потом и вовсе уверенной походкой вернулась на место.

Бьёрн заключил её в объятия, но Бирна больше не просила её отпустить. Она сняла с рук перчатки и наконец коснулась щёк своего мужа, притягивая его лицо к своему для поцелуя. Ситрик смутился и улыбнулся кротко, пряча улыбку за плечом. Холь, теперь не таясь, слетел на пол и клюнул коровий хвост, который отвязался от хульдры и упал верёвкой. Хвост сначала показался мёртвым и обездвиженным, но потом опасно дёрнулся, грозясь обвить птице шею, и превратился в змею. Она сверкнула чёрными глазами на молодожёнов, высунула раздвоенный язычок и быстро уползла в приоткрытую дверь. Ситрик проводил её напряжённым взглядом.

– Эй, малец, – окликнул Ситрика Холь. – Не упусти её!

Ситрик непонимающе посмотрел на птицу, но та лишь кивнула в сторону двери.

– Она уползет к Асгиду. Нужно догнать её, иначе мы никак не отыщем Лесного ярла.

Ситрик растерялся, и Холь, раздражённо мотнув головой, вылетел скорей из дому вслед змее, боясь потерять её из виду. Ситрик наспех простился с хозяевами, зная, что ещё вернётся, и помчался за Холем, пересекая поля да ныряя в лес. Его было видно далеко – никогда не потеряешь, даже если захочешь. Его плотный призрак виделся среди ветвей, и там, где он пролетал, сгорала листва, вспыхивая, как пух, опадала на землю пеплом. Мелкие птахи разлетались в ужасе, убегало зверьё. Ситрик перешёл на быстрый шаг – был он ещё слаб, чтобы столько бежать. Пепел у него под ногами сверкал, как звёздная пыль, но наступишь на неё, сотрёшь пальцем с коры или листвы – вмиг посереет и станет обычной золой.

Змеиная дорожка свернула на широкую тропу, и Ситрик понял, что здесь прошлой ночью встретил Бирну и Холя. Вот он прошёл мимо того места, где разворошённая листва, обгорелый мох и сломанный орешник ещё хранили следы недавней схватки. На камнях бурыми пятнами темнела кровь Асгида. Тут Ситрик шёл уверенней – будто сама тропа вела туда, где таился Лесной ярл, и не нужно было горящего пепла, которым обозначил путь азартный в своей погоне Холь.

Лес расступился полукругом, обнажив полянку, в центре которой росла, изгибаясь, старая яблоня. Дерево дышало и скулило, точно живое, и Ситрик, разглядев в тугих сплетениях его ветвей рыжее существо, понял, кому принадлежал этот скулёж. Холь сел Ситрику на плечо, рассыпая по его одежде искры и белый огонь, но не вредя ему. Ситрик приблизился к дереву, и что-то пискнуло под его ногами. Он посмотрел вниз и увидел в траве котёнка, шипящего на него, как бесстрашная ящерица.