– Вот уж чьего зова не ожидала. Никак о доме вспомнила, бродяжка?

Стужа усмехнулась, осознавая, что скучала по язвительности сестры.

– Мне нужна твоя помощь, – без лишних предисловий начала она. – Это очень важно!

Илея вмиг стала серьёзной, она чуть вытянула шею, рассматривая всё, что окружало её младшую сестру. Ничего кроме снега вокруг не увидев, Илея заметно расслабилась.

Стужа же видела комнату, в которой они обе выросли. Сейчас она принадлежала только Илее. Хотя и сестра покинет отчий дом, ведь она вскоре выходит замуж.

– Что случилось, Лайла? – От звучания собственного имени в груди у девушки разлилось приятное тепло. Стужа нарочно его не забывала, называть себя по имени никому не запрещала, хорошо помня о корнях, но прозвище прижилось лучше. Декс об этом позаботился. – Ты ни за что не обратилась бы ко мне за помощью, не будь дело действительно важным.

Илея была совершенно права, но прежде она не связывалась с Илеей не потому, что сёстры не ладили, нет. Стужа не хотела беспокоить Илею, делая всё для того, чтобы семья думала, что у неё всё хорошо. Насколько это было правильно, судить сложно. Но девушка сама выбрала этот путь и изо всех сил старалась решать проблемы самостоятельно.

Однако сложившиеся обстоятельства вынуждали её довериться самому близкому человеку. Спросить у кого-то ещё и не вызвать лишних вопросов было попросту невозможно.

– Я хочу, чтобы ты рассказала мне всё, что знаешь о…

Стужа огляделась по сторонам, понимая, что даже в пустынном сквере говорить лишнее опасно. Слишком опасно.

– Найди мне всю информацию о тех… – Девушка растёрла ладонью напряжённый лоб. – Помнишь урок Порга? Тот, с которого он меня выгнал?

– Ты про какой из них, Лайла? – многозначительно вздёрнув брови, спросила Илея. – Тебя часто выгоняли с уроков.

– Я про тот раз, когда я обозвала его старым болваном!

Илея нахмурилась, пытаясь вспомнить, а потом её глаза серебристо-лазурного цвета округлились. Девушка растерянно огляделась по сторонам, хотя у неё не было в этом необходимости. Дома ей ничего не грозило.

– Зачем тебе знать о?..

Стужа не позволила сестре договорить, прервала её на полуслове:

– Прошу, сделай это для меня, найди всё, что сможешь, и либо сама расскажешь мне, либо я прочту.

– Ты?.. – Илея дышала часто, выглядела изумлённой. – Ты ведь не зря просишь об этом?

– Я не делаю выводов. Для того, чтобы утвердить что-то или опровергнуть, мне нужно больше информации. А училась я, как ты помнишь, не очень прилежно. Здесь мне без тебя не обойтись.

– Что именно ты хочешь знать? – строго спросила её сестра.

– Всё, – отрезала Стужа. – Любые мелочи, детали, без которых мне не обойтись. Мне нужно всё, что ты сможешь найти.

– Во что ты ввязалась? – с лёгким беспокойством в голосе поинтересовалась Илея. В её словах не было и тени упрёка. Несмотря на буйное детство её сестры, она верила ей безоговорочно.

– Как быстро ты сделаешь то, о чём я прошу? – спросила Стужа.

– Я дам знать.

– Хорошо, я сразу приду, как ты будешь готова.

Стужа вознамерилась было свернуть сферу, но задержала свой взгляд на лице сестры. Что-то тоскливое шевельнулось в груди.

– Как ты? – решилась спросить она. – Как родители? Всё ли у вас хорошо?

– О нас не беспокойся, – мягко улыбаясь, ответила Илея. – Думай о себе. Моя интуиция подсказывает, что ты по уши в проблемах.

– Это ты ещё деликатно выразилась, сестрёнка, – хмыкнула Стужа.

– Талантом ругаться как пьянь в нашей семье обладаешь только ты, – скривилась Илея.

– Жду от тебя вестей, – пробурчала Стужа и свела ладони вместе.

После того, как лицо сестры растворилось вместе с кристаллической сферой, мир вокруг вернулся к прежнему ритму, а Стужа почувствовала себя безмерно одинокой. Неужели Элоиза была права, и эмоции всё чаще берут верх над её холодным разумом?

Она медленно побрела к своему бару, размышляя над тем, что откроют ей записи и знания сестры. Стужа отчаянно желала ошибиться в своих догадках. Конечно, она могла бы прямо спросить у Айка, что она и сделает чуть позже, но для этого нужно чуточку больше фактов.

У дверей бара она задержалась, вдыхая полной грудью свежесть приближающегося вечера. Внутри было многолюдно, что в последнее время редко случалось. Стужа бросила взгляд на Декса, который тут же дал ей знать, что появились новости. Девушка откинула капюшон, тряхнула волосами, сбрасывая остатки снега, и направилась к стойке.

– Что стряслось? У тебя аж пальцы дрожат, – невесело усмехнулась Стужа.

– Айк пришёл, – ответил бунн, кивая головой в сторону одного из дальних столиков. Девушка невольно вздрогнула, заметив опущенные плечи Бурелома. – И ещё, – Декс неловко почесал затылок, из-за чего Стужа лишь сильнее насторожилась, – записка от Шелпстона.

А вот это уже было совсем другое дело. Стужа решительно протянула руку, в которой тут же оказался клочок бумаги. Теперь и её пальцы слегка подрагивали. На листке ровным почерком были выведены всего несколько слов. Адрес и время.

– Время пришло, – пробормотала Стужа, запуская руку в карман пальто и оставляя записку в нём.

– Поешь хоть что-нибудь, у тебя ещё добрая пара часов, – тихо попросил Декс.

– Принеси мне за стол Айка, – устало сказала она и направилась к калдору, который ни разу не повернулся к ней.

Идти к столику отчего-то было непросто, ноги будто слушаться не хотели. Девушка осознавала, насколько осложнится дело, если её подозрения верны. Она понимала и всё равно злилась на Айка. Понимайте как хотите, но даже фригги зачастую остаются просто девушками.

Стужа опустилась на стул напротив Бурелома и заглянула в его чистые глаза. Айк молчал и просто смотрел в ответ. Что творилось в его голове в эту минуту? Стуже оставалось только гадать, но его взгляд рассказал ей о многом. Он сожалел о том, что наговорил ей, чувствовал свою вину за то, что упустил Мэдди, страшно за неё переживал. А ещё… ещё он волновался о хрупком союзе со Стужей. Она ощущала это кожей, видела в его тёплых искренних глазах. Такое тепло было чуждо Стуже, она не была с ним знакома.

Просто смотреть в глаза Айка и молчать было… приятно. Так много хотелось сказать и совсем не хотелось говорить. Всё вокруг будто затихло, и Стужа не слышала пьяного хохота или недовольного ворчания завсегдатаев, не видела разморённых от хмеля лиц, кривых улыбок, настороженных взглядов. Перед ней было открытое лицо Айка; тишина и покой, исходящие от него, глубина и проникновенность его глаз обволакивали её. Слышала Стужа лишь стук собственного сердца.

Декс принёс ужин им обоим, и снова ни она, ни Бурелом не сказали и слова. Молча съели всё до последней крошки, продолжая время от времени смотреть друг другу в глаза.

Этот покой Стуже был необходим, ведь она понимала, куда вскоре отправится. Понимала, чем это может закончиться. Слова Элоизы назойливо вертелись в голове. Девушка вновь повинуется влиянию Кризеля и снова увязнет в болоте. Пара минут в обществе скалы Айка ей были просто необходимы. И почему с ним рядом спокойно и хорошо? Так ничего и не сказав, Стужа поднялась со стула и собралась покинуть бар, но Бурелом поймал её за руку и крепко сжал похолодевшие пальцы:

– Я пойду с тобой.

– Нет, – мотнула головой она. – Нас с Огденом будет достаточно.

Айк поднялся и навис над ней, продолжая удерживать её руку и опаляя своим тёплым дыханием её кожу:

– Я нужен тебе и готов стать щитом между вами.

Стужа понимала, что он прав, но внутри всё сжималось от мысли, что Айк увидит, насколько жалкой она становится рядом с Кризелем. Отчего-то это пугало её больше всего остального. Глупо? Возможно.

– Я справлюсь, – тихо, но убеждённо сказала она в ответ, свободной рукой расцепляя его пальцы.

– Чёрт возьми, девочка, не будь так упряма! – прорычал Бурелом. – Чего ты боишься?

Как сказать ему, что Кризель вытянет из неё всю душу, что он докопается до всего самого потаённого, что хранится глубоко внутри? Там, куда никому постороннему заглядывать не стоило бы. Меньше всего ей хотелось бы, чтобы Айк в этот момент был рядом. Почему? Да кто ж его знает?

Она медленно подняла голову и вновь потерялась в его глазах. Почему именно рядом с ним Стужа острее чувствовала неизбежность влияния Кризеля? Почему именно Айк заставлял её увериться в словах Элоизы? Потому что он казался ей гораздо благороднее и порядочнее неё самой? Потому что в его присутствии прошлое казалось ещё постыднее?

– Я никогда никого не судил, – тихо выдохнул он. – И сейчас не намерен. Что тебя связывало с Кризелем – не моего ума дело. Прошлое должно оставаться в прошлом. Мне важно то, что происходит сейчас. Я могу помочь, не упрямься. Я. Тебе. Нужен.

Стужа отвернулась, не в силах более выдержать его взгляда, вздохнула и сделала всего один шаг.

– А ты нужна мне.

«А ты нужна мне» – бесконечно вертелось в её голове. «Нужна мне». Какие важные слова в жизни каждого человека! И почему Стужа так зациклилась на них?

Ей и в голову не пришло, что они имели какой-то романтический подтекст, нет, дело не в этом. Совсем не в этом. Айк не думал о ней. Он думал о Мэдди. Бурелом с самого начала не сопротивлялся их союзу, он не возражал против решения Шелпстона, не пытался отделаться от ненужной напарницы. Наоборот, это она постоянно думала о том, что одной было бы лучше.