– Будь любезна, напоминай, чтобы никогда тебя больше не раздражал. Ну, по крайней мере, в большей степени, чем сейчас.

Она убрала сапог, я сел и увидел Мартена, глазевшего на меня с таким лицом, словно я обгадил ему подушку. Да уж. Даже без магии Эва была гораздо сильнее меня.

– До чего мерзкое у тебя оружие, – сказала Эва, брезгливо держа Расчленитель двумя пальцами за рукоять. – Но тебе подходит такой уродский клинок, да еще и связанный с духом. Как мошенник вроде тебя заполучил этот раритет?

Над ее головой в небо взвился дым, и послышались отдаленные крики.

Я поднялся на ноги – в синяках, побитый и изможденный без поддерживавшей меня магии.

– Нашел, – сказал я, глядя на окруживший нас хаос.

Вооруженные стражи в доспехах и маги метались к стенам Старого города и обратно, лязгало оружие, наполненные паникой голоса сквернословили и выкрикивали приказы. Подобно серому снегу, падал пепел от пожаров, бушующих в нижнем городе.

Эва хмыкнула:

– Ясно. – И швырнула мне Расчленитель. Я на миг испугался за свои пальцы, но его рукоять шлепнулась мне в ладонь. – Приготовься к бою. Нам потребуется все оружие, какое сумеем раздобыть.

Потянувшись через плечо, Эва вытянула из ножен меч. Он мерцал, а по стали рассыпались странные зеленые искры – еще один связанный с духом клинок.

Облизнув губы, я покосился на Расчленителя. Пусть ей это и покажется странным, но я никогда не имел возможности задать такой вопрос владельцу другого подобного клинка.

– Дух в твоем мече когда-нибудь говорил с тобой?

Она посмотрела на меня, как на чокнутого.

– Я что, слишком сильно дала тебе по башке? Думала, твоя черепушка покрепче.

Я невесело усмехнулся. Расчленитель потеплел и запульсировал у меня в руке.

– Я нередко такое слышу. Неважно.

К счастью, эти клинки накрепко связаны с владельцем – если бы Арканум мог отобрать у меня Расчленитель и отдать кому-нибудь понадежнее, маги так и сделали бы. У меня было ощущение, что, попытавшись, они даже не успели бы пожалеть об этом – не дожили бы. Расчленитель в ответ шевельнулся в моем сознании. Беспокоило ли меня, что я, похоже, нравлюсь кровожадному духу? Вероятно, я его забавлял – исполнял трюки, как дрессированная собачонка: бей, руби, развернись…

Друм-да. Друм-да. Друм-да. Друм-да.

Люди столпились на стенах Старого города и глядели на море.

– Что за страшный грохот? – спросил Мартен.