Но вместо того чтобы подчиниться, я указал на него. Молния испепелила его с ног до головы, и он упал замертво всего через несколько минут после возрождения.

Я потопил все галеры его сына штормом, вызванным с Кровавой звезды. Затем сокрушил жалкое сопротивление забадаров и завоевал Сирм до самой Сир-Дарьи. На следующий год я повел миллион воинов в пустыню Зелтурии и стал первым этосианином, осадившим латианский священный город со времен Базиля Разрушителя. Только я победил.

Я был и есть Зачинатель. Я испил из чаши и создал мир заново.

Нет. Зачинатель – отродье Хаввы. Спящей. А я не слуга злу.

Меня захватило другое видение. Шел дождь. Я только что принял путешественника, назвавшегося растерганцем. Мы дали ему угловую комнату с плохим замком, который я не мог починить с тех пор, как кузнец застукал меня флиртующим с его женой.

Пока я вытирал пыль, заплакала Элли. Я пошел проверить и застал в ее комнате растерганца. Он держал ее обернутыми в ткань руками. И он был не один. Я умолял не трогать ее. Я даже отдал им все серебро, хотя они все равно перевернули все матрасы на случай, если мы что-то утаили. Я последовал за ними через болота до их галеры. Я на коленях умолял вернуть Элли, но растерганец пнул меня, и я упал в воду.

А потом я щелкнул пальцами. Молния с небес ударила в него и убила. Увидев это, остальные разбойники вернули Элли и всех, кого похитили, и теперь умоляли пощадить их.

Когда они гребли к горизонту, оставив все, что пытались украсть, я прикончил их оглушительным взрывом.

Я защитил души тех, кем дорожил. Я испил из чаши и больше не был слаб.

Это была самая сладкая участь. В таком мире я хотел бы жить. А всего-то нужно войти в дверь, и Каслас, Древо желаний, отнесет меня туда. Перепишет реальность только для меня.

Но как же эта реальность? Кто защитит Ану, Мару, Принципа? Кто будет сражаться с Компанией Восточных островов и империей, чтобы спасти семью какого-то незнакомца, кроме человека, которому больше нечего терять? Неужели я брошу их, когда больше всего нужен?

Как только я отвел взгляд от двери, осознание других судеб усилилось. Сердце охватило адской тоской. Каслас хотел, чтобы я вошел в эту дверь, но что, если его обещания – всего лишь сладкий обман? Что, если все это – очередная шутка, сыгранная богом с человеком?

Я знал, что это не шутка. Каслас показал мне множество знаков, что его сила истинна. Обещание было правдивым, но все же здесь и сейчас близкие люди нуждались во мне. И только я мог им помочь.

Но что все это значит по сравнению с возможностью снова быть с Элли?