Тэрин хмуро кивнул.

– Просто будь осторожен. Наверняка найдутся те, кто не захочет привязать к тебе веревочку, но таких меньшинство.

– Ты про себя и Эйсона? – не раздумывая отозвался Кейлен.

Увидев обиду в глазах эльфа, юноша ощутил укол сожаления, но Тэрин промолчал, лишь отвернулся и пошел дальше. Данн с Эриком тоже ничего не сказали, однако Кейлен чувствовал напряжение. Он не собирался этого говорить. Слова просто вырвались.

В конце коридора, перед выходом во двор, к ним присоединились эльфы Аравелла. Они денно и нощно сторожили комнату Кейлена, но после битвы он увидел их впервые.

– Ерунда, – бросил Гейлерон, заметив, что юноша смотрит на обрубок его левой руки. – С мечом я не хуже управляюсь и правой, а с луком у меня всегда не ладилось.

Больше эльф ничего не сказал. Сам Кейлен, случись ему потерять руку, едва ли держался бы так спокойно. Он не знал, уместно ли засмеяться в ответ на прямоту Гейлерона, потом решил, что не стоит.

С тяжелым сердцем Кейлен смотрел на эльфов. Пятеро вышли с ним из Темнолесья. Остались только четверо.

– Эллисар…

– Эллисар погиб с честью, исполнив клятву, в которую верил, – произнес Вейрил, не дав Кейлену договорить, – клятву, в которую мы все до сих пор верим. Мы с тобой, Кейлен, и мы пойдем до конца.

Все согласно кивнули.

В глубине сознания Кейлен услышал гордый голос Валериса. Выгибая шею, белый дракон встал рядом со своим всадником.

– Благодарю, – произнес Кейлен, протягивая руку Вейрилу, который тоже протянул свою. – Ду грир хайдрия тил майя эйлвин.

«Ты делаешь честь моему сердцу». Уроки Тэрина не пропали даром.

Вейрил улыбнулся, услышав из уст Кейлена старое наречье, и хором с остальными эльфами ответил:

– Ду грир хайдрия тил майя эйлвин.

– Когда это ты выучился говорить по-эльфийски? – прошептал Данн, наклоняясь к другу.

Кейлен улыбнулся, сдерживая смех.