– Открой себя внутренней Сущности. Пусть она течет сквозь тебя и заполнит каждый уголок твоей души. И когда герольды тебя призовут, ответь лишь тому, кто носит имя Азрим.
Глаза Артима широко раскрылись.
–
– Сейчас.
– Но… Я думал, что у меня будет больше времени, – пробормотал Артим.
– Второго шанса не будет, Экзарх. Если это не то, чего ты хочешь, люди Примарха Турана уже ждут тебя, чтобы проводить для исполнения приговора.
Артим ничего не ответил, он просто кивнул, закрыл глаза и сделал вдох дрожавшими губами.
Прошло несколько мгновений, прежде чем Фейн почувствовал, как загорелась Сущность в самоцвете Артима.
Губы Фейна изогнулись в полуулыбке, и он постучал по самоцвету, который держал в руке, – сосуд для Сущности. Дар Эфиалтира. Могущество, позволяющее выковать из смерти нечто новое.
Фейн втянул Сущность в себя, наслаждаясь сладостью прикосновения, а потом толкнул ее в Артима, скармливая свою связь со Спасителем.
– Помни его имя. Азрим.
Фейн улыбнулся, когда Артим опустошил оба самоцвета с ненасытной жадностью. Чем больше Сущности он поглощал, тем сильнее становилась его связь. Тем больше духов она к нему привлечет.
Дрожь прошла по телу Фейна, когда свет в комнате потускнел и помещение погрузилось в полумрак. Он смотрел, как исчезает бронзовый цвет кожи Артима, краска стекает с лица и рук. Еще через несколько мгновений щеки Экзарха стали бледными, как фарфор, а губы льдисто-голубыми.
Со стоном он открыл глаза – два глубоких колодца пожиравшего свет мрака.
Благодарности
Благодарности
Писать продолжение очень страшно. Сочинительство само по себе страшная вещь. Выдергивать мир из самых глубоких уголков своего воображения, придавать ему форму, создавать и менять, а потом оставлять нестираемый след чернил, отправляя этот мир в путешествие. Очень страшное деяние. Но совершать такое во второй раз даже немного страшнее: ведь ожидание – тяжкое бремя.
К счастью для меня, на моей стороне оказалось много людей, сделавших мир не таким страшными местом.
Эми. Описать словами то, какой важной ты была для меня в этом путешествии, значит недооценить тебя. Ты верила в меня, когда я не верил в себя. Ты смеялась со мной, когда моему миру требовалась радость. Ты вела меня вперед, когда я был готов остановиться. Ты не убила меня, когда я проводил по шестнадцать часов за компьютером. Мэйа нитир тил диар. Ай денир вайэл ар алтинуа.