– Дело в том, что… Я не могу совершить еще одно чудо.

Таванар нахмурился, и на мгновение замер, его глаза расширились. Затем он нахмурился.

– Я задавался этим вопросом несколько раз, но не хотел верить, что ты все это время лгал мне. Притворялся, что у тебя все под контролем. Ты ведь не можешь контролировать сферу и таящиеся в ней силы, да?

Орберезис инстинктивно сжал пальцы, обхватив рукой сферу. Грудь сдавило, стало тяжело дышать. Казалось, язык распух во рту. Он никак не мог понять, что же давит ему на грудь. Но в душе все росло ощущение опасности и какого-то предвкушения. Разочарование на лице Таванара сменилось гневом.

– Ты обманул меня, – сказал Таванар. – Заставил меня поверить, что у тебя есть силы, но на самом деле ты сделал все это случайно, да? Ты не можешь их контролировать. Ты сам ни хрена не понимаешь, что творишь. А я здесь веду себя как твой гребаный лакей, в то время как с тобой обращаются, как с богом.

– Я сделал то, что и должен был сделать. Тебе не понять, – только и смог сказать Орберезис.

С ним было что-то не так. Кишки скрутило, мышцы свело судорогой, казалось, будто что-то поднялось из самого желудка. Не еда. Что-то другое. Вязкий привкус на языке снова усилился. Он съежился на кровати, но лишь сильнее сжал в руке красный шар – из одеял, в которые он сейчас завернулся, торчала лишь голова. Кости и суставы трещали и словно ломались при каждом малейшем движении, а в голове стучало так сильно, что зрение затуманивалось. Грудь сжалась от болезненного возбуждения, от предчувствия какой-то опасности.

Таванар гневно расхаживал по комнате, совершенно не подозревая, что со скорчившимся под одеялами Орберезисом что-то происходит. Орберезис изо всех сил пытался его позвать, но не мог вымолвить ни слова.

«Друг?»

«Нет. Не друг. Отброс».

Откуда взялась эта мысль? Его охватил страх, ему показалось, что внутри его появился кто-то другой, наблюдающий за ними обоими. Кто-то. Или что-то? В его душу просочилось чувство надвигающейся гибели, в следующий миг полностью им завладевшее. Он задрожал и съежился под простынями. Что-то было не так. Точнее, с ним что-то было не так. Таванар этого не заметил.

– Эти дураки относились к тебе, как к Истинному Богу, но ты всего лишь мелкий оборванец, который заботится только о себе. Я находился с тобой все это время. Мы дружили с детства. А ты такая задница, что даже не можешь быть со мною честным!

Таванар просто кипел от гнева, но в царящей в каюте темноте Орберезис не мог его как следует разглядеть. Да еще и зрение постоянно странно туманилось, сколько бы он ни моргал. Внезапно ему стало жарко. Уши горели, его охватило страстное желание содрать с себя кожу. В одеялах было слишком жарко, и в них не было необходимости. Ему нужно было освободиться от них.