— И все же! Выкладывай начистоту. Я — твой сын. Медея — моя мать. Была моей матерью. Я создан тобой. Я должен жить и в свое время умереть так, как и предопределено.

— Да, должен. А теперь у меня вопрос к тебе…

— Спрашивай.

— О жизни, которую тебе осталась прожить, о сроке, который больше отпущенного мне. По крайней мере, я на это надеюсь, хотя твои шрамы и несдержанность внушают мне опасения…

— Что с этой жизнью?

— Проживешь ты ее в гневе или без гнева, с любовью или с мечтой о мести? Я изменил твоей матери. Не отрицаю. Я дорого заплатил за это. Ты не знаешь, как дорого, потому что едва я заговорил с тобой, как из брюха у меня хлынула кровь, а кишки были выпущены наружу — твоим ножом. Все это уже не важно. Передо мной новые дороги, короткие дороги, но если я сумею теперь отыскать тех богов, что когда-то давали мне силу и решимость жить так, как только и стоит жить…

— Это как? — тут же спросил Тезокор.

— Жить сполна. Сполна! Сполна! До последней капли жизни.

Тезокор ударил кулаком по земле, но удар выражал восторг, а не гнев. Он снова встретил взгляд отца.

— Это по мне. Эта мысль мне нравится! Единственное, чего мне не хватало в жизни, с тех пор как я вынырнул из странного сна, где меня приносили в жертву и прятали… Единственное, чего мне недоставало, — это того, чем, по твоим словам, был щедро наделен мой брат: мечты и цели. Я действовал — мои шрамы тому доказательство. Сражался! Шрамы тому доказательство. Я ранил своего отца. Его шрамы тому доказательство. Мне всю жизнь не хватало отца. Но я не научился видеть в тебе отца. Только Ясона.

Ясон промолчал, и Тезокор, тихо вздохнув, продолжил:

— Но теперь я думаю, что хватит с меня и Ясона. Ты собрал мужчин и женщин, героев и полубогов, создал команду для своего маленького корабля. Ты — человек, просто человек, — укротил Геракла, Тезея и Аталанту. Ты добыл золотое руно! Я вырос на этих рассказах, и эти рассказы были всем, что осталось от тебя мне. Океан, реки, чудовища, скалы, сходящиеся с грохотом, и другие, расступающиеся и заманивающие в ловушку. И за всем этим не божество, дающее советы героям, но человек, видящий из всех путей лишь один: только вперед! Ты вернулся домой в Иолк, не сворачивая с этого пути. Ты отыскивал реки и проливы, ты тащил корабль по суше, знал себя и знал, куда идти. Ты помнил простую истину: что даже самый малый ручей приведет тебя к океану, а следуя вдоль берега океана, ты обязательно найдешь тот берег, откуда однажды отплыл.

Он помолчал немного, все разгребая пальцами землю. Потом тряхнул головой.