— А сюда ты как попал?

Я все еще не могла поверить в увиденное.

— Так мой дядя — один из непосредственных инженеров портала. Такой лысый и крупный, ты его видела, — немного смущенно пояснил Питер.

— Но он давал клятву!

— О неразглашении. А мне он просто открыл дверь кодом. И я же не посторонний, а считай, временный сотрудник.

Я взвыла и вцепилась в свои волосы.

Месяц! Я месяц искала и не спала ночами! А этот… эта…

— Сволочь! — выдохнула я, кидаясь к решетке и дергая толстенный проводник, тянущийся к арке.

Не поддается! На совесть прикрепил!

— Ты что творишь?! — бросился на меня парень. — Эмма! Перестань! Перестань, слышишь!

— Да пошел ты!

Тихоня и заучка Питер! Самый безобидный из парней!

— Ты нарушил все, что только мог! — я продолжала отбиваться и тянуть проводник.

— Это ради науки! У меня диплом! Эмма, да приди в себя! Да, я несанкционированно подключил еще одну решетку, но это не несет серьезных изменений!

Питер был щуплый и невысокий, но все равно сильнее. И как-то сумел вырвать у меня проводник, а меня, брыкающуюся и извивающуюся, оттащить в сторону. Защитный костюм тоже играл ему на руку: не пробьешь и не прокусишь!

— Ты уничтожил целый город! — выкрикнула я.

— Эмма, это просто одна кристаллическая решетка! Пустая! Кристаллы не заполнены! Но во время запуска будет высвобождено много энергии, ее кристаллы и впитают, чтобы не ушла и не растворилась в окружающей среде. Я математически рассчитал и доказал, что фактически для портала требуется намного меньше энергии, чем подается. Сильный первый толчок — а дальше «Путеводная нить» не нуждается в подпитке. Все остальное — чистые потери, которые я сокращу!

Говоря все это, он тащил меня к двери.

— Здесь все взорвется!

— Нет, Эмма, успокойся, — с натугой проговорил он, борясь со мной.

Штатное освещение зала погасло, сменившись красным.

— Минута до запуска! Давай же! Ты даже без костюма! — поторопил парень.

Минута!

И, не раздумывая больше, я направила пучок энергии в кристаллы.

— Эмма, нет! — успел крикнуть Питер, разворачивая меня и заслоняя собой от брызнувших осколков.

Следом за ними громыхнул взрыв, оглушая и швыряя нас обоих в стену. А потом меня поглотила темнота.

18. Больница

18. Больница

Я очнулась, хотя осознала это далеко не сразу.

— Эммочка! Девочка моя! — донеслись как сквозь вату рыдания мамы. — Ну скажи что-нибудь!

— Успокойтесь, она приходит в себя. — Незнакомый голос.

А потом мои веки бесцеремонно подняли и по очереди посветили в глаза. Я попыталась увернуться, но тело почти не слушалось.

— Зрачки реагируют на свет, все в порядке, — заключил целитель. — Эмма, вы нас слышите?

Я что-то простонала в ответ.

— Эмма! — Мамин вскрик.

А следом мне в горло начали вливать какую-то горькую вязкую жижу, которой я едва не захлебнулась.

— Глотайте, — приказали мне и подкрепили приказ магией.

Мышцы сжались в нужной последовательности и отправили жижу в пищевод, откуда она медленно потекла в желудок, вызывая рвотные позывы.

— Минуту — и станет легче.

Что-то не верилось.

Но зрение действительно начало проясняться, а ощущения, в том числе собственного тела, — возвращаться.

Я была в больнице, где же еще? Безликая белая палата, койка, капельница, тянувшаяся к моей вене, какое-то целительское оборудование.

А вокруг вся моя семья. Мама в выходном платье, с остатками пышной прически и размазанным по лицу макияжем. Папа в костюме, бледный в тон стенам. Брата и сестру я видела утром, пусть и не отметила, что они оба принарядились. Хотя Нора всегда отлично выглядела. Но сейчас мне было страшно на нее смотреть, потому что в ее ответном взгляде не читалось ничего хорошего.

— Эмма, — мама, не зная, как ко мне подступиться, чтобы ничего не нарушить, принялась меня аккуратно ощупывать. — Девочка моя! Как же ты нас напугала! Мы узнали о взрыве на портале из новостей, представляешь? Включили трансляцию с открытия, а там такое!

Мама всхлипнула и вытерла покатившиеся слезы.

— Все хорошо, — прошептала я, сжимая ее ладонь.

А у самой не получалось это осознать. Неужели?..

Потом подумаю о портале.

— Пациентке для восстановления необходим полный покой, — строго объявил целитель. — Как видите, она пришла в себя, ее жизни ничто не угрожает.

— С Эммой правда же все будет хорошо? — мама старалась держаться, но голос подводил ее на каждом слове.

— Конечно, воздействие такого количества энергии не проходит бесследно, но организм молодой, восстановится, — заверил всех целитель, красноречиво распахивая дверь.

— Мы завтра придем, доченька, — мама прижалась губами к моему лбу. — Поправляйся скорее.

Она с видимым усилием поднялась и пошла на выход, то и дело оглядывась через плечо.

— Эмма, — папа покачал головой, тоже подходя поцеловать. — Вот ты поздравила отца! Видимо, не судьба нам отметить мой юбилей в ресторане. Умеешь же добиваться своего!

— Аарон, ну о чем ты! — воскликнула мама.

— Да шучу я, шучу. Поправляйся скорее — отметим юбилей дома, зато всем составом, — папа ласково погладил по волосам и тоже поцеловал в лоб.

— Поправляйся давай, — брат похлопал меня по руке, но я видела плескавшееся в его глазах беспокойство.

— Девушка? — целитель повернулся к Норе. — Вам бы самой отдохнуть не мешало, целый день в палате.

Тут-то я догадалась посмотреть в окно, за которым была непроглядная темнота.

Целый день! Впрочем, повезло, что вообще жива.

— Нам надо несколько минут поговорить с сестрой, — медленно произнесла она. — У нас свои секретики.

Начинается…

— Подождите, пожалуйста, в коридоре, — попросила Нора, плотно закрывая дверь изнутри.

Замок щелкнул и сестра подошла к койке, опускаясь на стул, где до этого сидела мама, и скрещивая руки на груди.

— Я жду объяснений, Эмма.

— Каких? — а я думала: стоит ли изобразить обморок или это может слишком напугать сестру?

— Каких… — эхом повторила Нора. — Знаешь, как неимоверно злит, что все вокруг считают меня дурой?

— Нора…

— Молчи! Всю свою сознательную жизнь я только и слышу: «А Эмма у нас городские математические состязания выиграла! Стала лучшей ученицей школы! Победила на конкурсе энергетического моделирования! Она у нас такая умная! Сама поступила в столичную Академию энергетики и техномагии!» — последние пять лет мама только тобой и хвастается!

— Нора…

— А я красивая! И ни на что не способная! Просто кукла, которая только и умеет, что танцевать и наряжаться! А ты молодец, умница, талант, гордость семьи! Вон еще и на практику престижную попала!

— Нора! Хватит!

— Что хватит, Эмма? Вот что? Да, я не выигрывала математические соревнования и конкурсы! И поступать в академии даже не пыталась! Но это не значит, что я тупая! Понимаешь?

Сестра судорожно выдохнула.

— Тебе нельзя нервничать…

— Что же ты об этом только сейчас вспомнила, а? — едко спросила она. — Мы приехали в Винтар, а там — представляешь! — никакого магателье нет и никогда не было! Двадцать раз весь центр обошли, всех местных расспросили! Я думала, что прибью тебя в ресторане! Приезжаем — а там еще веселее! Гостей нет, столы убирают, ведущий, сворачивающий свой реквизит, говорит, что дочь юбиляра попала в больницу, потому что на портале произошла какая-то авария. И ты будешь утверждать, что это совпадение и случайность?! Еще и деньги отдала!

Нора рывком открыла сумку — молния разъехалась, ткань треснула — вытащила пачку денег и швырнула на койку.

— Не считай меня тупой! Ты не просто так не хотела отмечать в ресторане! И нас с Крисом специально отправила подальше.

Сестра сморгнула слезы и встала со стула, но я успела из последних сил схватить ее за руку.

— Ты права. Все так. Прости, пожалуйста! Я подозревала, что оставаться в городе небезопасно, но у меня не было ни единого реального факта, чтобы это доказать! — в моем голосе звучало отчаяние, пережитое за последние дни.

Нора села обратно и осуждающе посмотрела на меня.

— Если ты знала, что нам угрожала опасность, ты могла просто сказать.

— И ты бы поверила?

— Конечно! — без колебаний ответила она. — Я ведь несу ответственность не только за свою жизнь, так что не стала бы рисковать. И брата бы взяла. И с родителями бы поговорила, убедила их отмечать хоть на даче, хоть в том же Винтаре. Сослалась бы на капризы беременной, предчувствия, плохие приметы — да на что угодно! Никуда б они тогда не делись — поехали бы как миленькие.

А я во все глаза смотрела на нее, чувствуя себя распоследней дурой.

Рядом сидел человек, у которого я бы никогда и не подумала просить помощи. А он, оказывается, был готов поверить так. Безо всяких математических выкладок, доводов и фактов, а просто потому, что я попросила.

— Надо было всего лишь сказать, — подтвердила мои мысли Нора. — Я-то в тебе никогда не сомневалась.

— Прости, — повторила я, держа ее руку, боясь, что стоит отпустить — как она встанет и уйдет.

По щекам покатились слезы, а сил стереть их не было.

Нора вздохнула, достала платочек и вытерла мне щеки.

— Ладно, отдыхай. Надеюсь, ты все-таки тоже научишься мне доверять и во что-то ставить. Пусть я и не гений, в отличие от некоторых.

— Я взяла твои духи и не вернула! — выпалила на одном дыхании.

Не знаю — зачем. Просто так мучила совесть, что не смогла промолчать.

— Оставь себе, — усмехнулась сестра. — Как и тени, карандаши, румяна и что ты там еще брала. Только голубое платье верни, пожалуйста, оно мне очень нравится. Надеюсь, влезу в него после родов.