Максимилиан потрясенно слушал. Как же много он еще не знал о мире!
– В истории бывали случаи, когда дайсаны хранили на пустынных островах под присмотром морских патрулей, – продолжил Андреас. – Но в этот раз Император, должно быть, посчитал, что такая мера будет недостаточной – и дайсаны шаманов были отправлены секретной экспедицией на Афлаххам.
Исидор подошел к карте, взглянул на нее, покачиваясь на каблуках. Сказал не оборачиваясь:
– А потом произошло немыслимое – двое из трех шаманов смогли вернуться во плоти и привести за собой армию чудовищ. На сей раз, победа далась нам очень высокой ценой, если вообще можно говорить о победе. Впрочем, раз ты изучал хроники, то и сам все прекрасно знаешь – с тех пор этим миром правят демоны и сталь.
Кажется, Максимилиан только сейчас начал дышать. В какой-то момент фантазия унесла его туда, где оживали слова Исидора, в места, о которых мальчик читал в толстых фолиантах, мечтая когда-нибудь взять в руки меч и вместе с верными соратниками биться бок о бок с полчищами темных тварей. Пусть время показало, что реальность куда страшнее историй из книг, но размах событий прошлого поражал, а причастность к легендарным деяниям вызывала душевный трепет. Еще бы, ведь он касался дайсана, камня, с запечатанным внутри духом одного из самых могущественных колдунов на свете!
И тут его кольнула мысль, которая всё время маячила где-то рядом. Кольнула неприятно, холодно.
– Господин Исидор, могу ли я спросить?
Мужчина сделал приглашающий жест.
– Господин Исидор, а как последний дайсан оказался здесь, в землях Империи?
Он впервые увидел на лице Андреаса тяжелую озабоченность. Мужчина машинально поправил рукав, глядя в сторону, сказал:
– Хороший вопрос, мальчик мой. Правильный. Глупо было бы думать, что раздушевление шаманов поставит крест на «темных» идеях. Самые преданные последователи затаились, забились в пещеры и лесные чащи, осели в культах старых богов. И, видимо, потратили много времени и жизней, чтобы найти последний дайсан, – Исидор положил руку на пояс, где висело кольцо для ножен. – Я и мои люди выслеживаем их много лет, вскрываем тайные ячейки, но они появляются снова и снова, как гнойники на теле больного проказой. Наконец нам стало известно, что дайсан на южном побережье Серпа. Пришлось действовать спонтанно, почти на бегу. Результата смог добиться только капитан Равс со своим отрядом, они должны были кратчайшим путем доставить камень сюда. Но вышло, что вышло. И теперь мы вновь у начала пути.
– Но кто смог заставить демона служить ему? Да еще и в Пустошах?
Исидор усмехнулся, уважительно качнул головой.
– Узнаю проницательность рода Авигнис. Снова хороший вопрос. Но, увы, на него у меня ответа пока что нет.
– Возьмите меня к себе в услужение, господин Исидор! – Максимилиан поддался сиюминутному порыву, вскочил на ноги и встал на вытяжку, не обращая внимания на боль во всем теле. – Я не подведу, вот увидите! Я обучен грамоте и счету, я могу ухаживать за лошадьми и оружием!
Мужчина прервал его жестом, тепло улыбнулся.
– Мальчик мой, мне нравится твое рвение и настрой, но, увы, я пока что не нуждаюсь ни в слугах, ни в оруженосцах.
– Прошу вас, господин Исидор! Умоляю! Я хочу тоже искать «темных», служить Империи до последнего вздоха! Я смогу, я сильный! Я прошел Пустоши, я могу видеть призраков…
Но Андреас оставался непреклонным.
– Максимилиан, послушай меня внимательно. Я прекрасно тебя понимаю, на твоем месте я бы тоже горел желанием отомстить и покарать. Но прими совет старшего – это не голос разума, это эмоции, а они не лучший советчик. В другое время я бы не раздумывая принял твое предложение, но сейчас мне предстоит слишком опасный и долгий путь, к которому ты, признай это, пока не готов.
Максимилиан молча протестовал против каждого слова, сжав кулаки и зубы. Но не смел перечить, не смел перебивать.
– Сейчас для тебя главная забота – это восстановить дух и тело, – наставительно продолжил Исидор. – Чтобы бороться с «темными» ты должен быть сильным и здоровым. Я попрошу присмотреть за тобой, и с первой возможностью отправить домой, в Стоунгард. А там, глядишь, встретимся снова. И тогда вернемся к твоей просьбе, хорошо?
В другое время Максимилиан сошел бы с ума, услышав подобное. Но за последние месяцы он сильно изменился, повзрослел. А самое главное – он куда больше знал о реальном мире, чем тот мальчишка, что въезжал с семьей в проклятый Брасток.
Поэтому он смог сдержать душевные порывы, преодолеть обиду и боль, и с внезапно прорезавшейся твердостью в голосе спросил:
– Господин Исидор, позволите сказать?
– Да, конечно, – кажется, Андреас удивился.
– Господин Исидор, я благодарен за вашу доброту и искренность ко мне. И, пользуясь вашим доверием, прошу выслушать меня и отнестись со всей серьезностью.
Он заметил, как губы Исидора чуть дрогнули, словно он еле сдерживал улыбку. Должно быть, Максимилиан выглядел комично – худой нескладный пацан, в серых полосах бинтов, пытающийся излагать придворным слогом.
Но мальчик не смутился, его учили, что именно так следует общаться с высокородными, коль на кону уважение и честь.
– Я знаю, что вы не обманете и сдержите слово. И мне очень хочется домой, если честно. Но у меня там больше никого нет, даже слуги умерли от лихорадки. К тому же я знаю, что дорогу в Стоунгард перекрыли бунтовщики, потому вряд ли я смогу вскоре поехать на юг, – Максимилиан быстро перевел дух, глотнув воздуха. – Господин Исидор, я не хочу быть обузой, но вы единственный, кто может мне помочь. Мой отец был не старше меня, когда попал в Орден. И я выбрал эту стезю – служение Свету, служение Империи. Но мне необходимо учиться, необходимо становиться лучше и сильнее! Время уходит, я не могу, не имею права тратить его впустую! Помоги мне, господин Исидор! Направьте в семинарию или в легионерскую школу!
Он замолчал, пытливо изучая лицо мужчины. Тот смотрел куда-то сквозь него, размышлял. Было непонятно, как он воспринял слова мальчика, и молчание настораживало.
– Мне нравятся твои слова, – наконец произнес Андреас, поглаживая подбородок. – Пожалуй, я соглашусь, что сыну такого достойного рода не пристало прозябать в праздности. К тому же, времена действительно грядут самые суровые.
Он снял со стула палаш, прикрепил к кольцу на поясе. Подхватил плащ.
Максимилиан занервничал, понимая, что разговор подходит к завершению.
– Увы, в Ноиранте нет школ и семинарий, а легионерские доспехи тебе еще не по плечу, – продолжил Андреас, размышляя. – Вверять твое обучение экзарху я тоже стану, у него слишком много своих дел и забот.
И тут он встрепенулся, будто вспомнил что-то очень своевременное. Улыбнулся, положил руку мальчику на плечо, посмотрел в глаза.
– Что ж, пожалуй, ты получишь то, чего хочешь.
– Спасибо, господин Исидор! – с искренней благодарностью вскрикнул Максимилиан. – Вы берете меня с собой?
– Нет, – усмехнувшись, ответил Андреас. – Но в Ноиранте есть кое-кто, способный научить тебя важному и достойному ремеслу. Сейчас иди отдыхай, набирайся сил. Когда будешь готов, тебя представят твоему ментору.
Мужчина улыбнулся, словно делал Максимилиану подарок всей его жизни. И вместе с тем, подарок этот был лукавым, с сюрпризом.
– О ком именно вы говорите? – упавшим голосом спросил мальчик. – Кто станет моим ментором?
– Люминарх Крюгер, фурадор, – ответил Исидор, набрасывая на плечи плащ. – Он лучший экзорцист восточного побережья. Под его началом, Максимилиан, тебя ждет великая судьба.
Эпилог первой книги
Эпилог первой книги
– Эй, умник!
В спину ударил камень, заставляя выгнуться от боли и развернуться в сторону обидчиков.
– А ну стой, дризга тощая!
Двое парней из трущоб – сегодня двое, не пятеро, как обычно – подхватывали с земли новые камни и готовились к атаке.
Максимилиан прижал к груди сумку с записями, метнулся в подворотню.
Местные беспризорники не любили чужаков, пусть даже это были ребята из интерната. Дня не проходило без синяков, ссадин и выбитых зубов, и приходилось перемещаться по городу группами, надеясь хотя бы на равные силы.
Но сегодня Максимилиан был один, и он вполне удачно проскользнул мимо околачивающихся на пустыре мальчишек.
Думал, что удачно.
За спиной глухо стукнуло, и на землю посыпалась отколотая камнем побелка. Максимилиан прибавил скорости, с досадой ощущая разрастающуюся боль в спине.
А по пятам уже ломились сквозь кусты, победно потрясали кулаками, ощущая отчаяние жертвы.
Чей-то грубый окрик сверху и поток вылитых помоев накрыл преследователей. Вопли возмущения, свист, звук разбитого стекла – за всё это тоже спросят с молодого послушника – если настигнут.
А ведь настигнут – спина предательски деревенела, огонь расходился по лопаткам и выше, на плечи. От этого сбивалось дыхание, ноги начинали подламываться. Благодаря лечению Дамаса приступы появлялись все реже, но сегодня именно тот день, когда осколки проклятого самоцвета решили напомнить о себе.
Как же не вовремя, тьма их раздери!
Удалось выиграть время, повалив за собой старую потемневшую шпалеру с высохшими усами дикого винограда. Преграда так себе, но разом ее не перепрыгнуть.
Впереди, между серыми нависающими домами, мелькнул просвет. Прикинул – Мышиный проулок, почти рядом с рыночной площадью. Если успеет добежать, то есть шанс встретить стражников, а может и просто затеряться в толпе.