Теперь я поняла, почему он так отреагировал, когда впервые обнаружил мое присутствие в своем сне. Я улыбнулась, вспомнив ту ночь и как тогда напугалась до чертиков.
Поскольку осталось всего три определения, я быстро дочитала их.
Телекинез: перемещение предметов при помощи мысли без каких-либо ограничений по весу; доступен наиболее продвинутым. Телепатия: дисциплина, которая позволяет обмениваться образами или идеями между двумя или более существами; также используется для чтения мыслей. Верховность: увеличение интеллектуальных или физических способностей.
Во второй части рассказывалась история ИВВ, о которой я уже читала во введении брошюры Академии в мой первый день пребывания здесь. Закрыв словарь, я взялась за следующую книгу, предназначенную только для новичков.
* * *
Почувствовав на себе сверлящий взгляд, я поспешно оторвала нос от книг. Однако, оглядевшись, я поняла, что тут больше никого нет. Я была так поглощена чтением по телекинезу, что совершенно ничего не слышала. Часы над входом говорили, что время перевалило за два часа пополудни, – значит, я пропустила обед. Закрыв книги и поставив их на место, я поспешила к выходу. Алисия хотела, чтобы мы встретились сегодня днем. Но когда я шла по пустынному холлу, за моей спиной вдруг раздался голос:
– Простите…
Я обернулась. Там никого не было.
– Простите, – повторили громче.
Внезапно все вокруг меня затуманилось. Стоило моргнуть, как я обнаружила, что по-прежнему сижу в библиотеке.
– Ты заснула, тебе следует подняться в свою комнату, – вкрадчиво прошептала книгохранительница, слегка склонившись надо мной.
Я сонно рассматривала ее, не до конца понимая, что происходит. Взгляд бегал по комнате. Я все еще сидела за одним из столов, лицом в своей стопке книг. Наконец я поняла, что мне снился сон. Повсюду сидели ученики, но уже не те, что утром. Все они были из группы, с которой у меня занятия после обеда.
– Эм… извините, – пролепетала я. – Да, мне лучше уйти.
Как и во сне, я закрыла книги, расставила на полке и направилась к выходу; в этот раз компании учеников сидели тут и там.
– Привет, Анаис! – обратился ко мне Тома, спускаясь по лестнице.
Я не разговаривала с ним с того самого диалога, после которого произошел инцидент с Кларой. Не знаю, что о нем и думать. Не из-за его ли магнетизма я тогда потеряла над собой контроль? Не зная, чему верить, я тем не менее слегка улыбнулась ему.
– Как дела? – спросил он, подходя ближе.
– В порядке. А ты как?
– Я волновался за тебя, – признался он. – Надеюсь, тебе уже лучше. Я… я совсем не этого хотел. Ты так разозлилась…
Я снова вспомнила, чем закончился наш последний разговор. Петиция.
– Да, я немного пришла в себя.
Мышцы на его лице непроизвольно дернулись, и оно тут же приобрело сочувствующее выражение. Тома был действительно красив. Его карие глаза могли показаться обычными, но это не так. Переливы в ореховых радужках были просто великолепны, а этот взгляд делал его каким-то безобидным. Тем не менее я все еще относилась к нему с опаской. Конечно, он всегда был добр ко мне, но я до сих пор не могла переварить тот факт, что он подписал петицию против меня. По собственной воле.
– Я хотел объясниться, но ты фурией ринулась прочь.
– Потому что тут и не нужно никаких объяснений. Ты подписал, больше добавить нечего.
Когда он снова поморщился, пытаясь придумать себе оправдание, я заметила Гюго, выходящего из коридора, который вел в кабинеты преподавателей. Он тоже меня заметил и бросил короткий взгляд на своего кузена, стоящего лицом ко мне. В этот момент в эмоциях на его лице не было ничего радостного. Он нахмурился, а затем быстро отвернулся, продолжив путь к мраморным ступеням. Из-за этого я сразу почувствовала себя неловко. Не хочу, чтобы он сейчас напридумывал лишнего.
– Гюго! Погоди, мне нужно с тобой поговорить, – позвала я, не обращая внимания на замершего от неожиданности Тома. Гюго тут же остановился и обернулся – на его лице сияла победная улыбка. Хотелось закатить глаза, видя, как он радуется выражению лица своего двоюродного брата.
– Извини, Тома, мне придется тебя оставить… Увидимся позже?
– Э-э… Хорошо.
Мое сердце сжалось, стоило подойти к Гюго. Полуулыбка скользнула по его губам, глаза слегка прищурились, а прядка волос дразняще упала на лоб. Его взгляд был столь глубоким, что я почувствовала, как загорелись мои щеки. Но, подойдя ближе, я заметила его изможденный вид и бледный цвет лица.
– Привет, Ланеро.
Его голос тоже казался слабым. Настолько, что меня охватило желание заключить его в объятия. Впервые он выглядел таким хрупким.
– Все нормально? Ты бледный как снег.
Смущаясь, он провел рукой по волосам, а потом ответил:
– Пойду отдохну: совсем устал. Я исцелял Ингрид в лазарете, чтобы завтра она была на ногах.
Полагаю, речь шла о магнетизме. Однако я не понимала, почему именно на него повесили такую задачу.
– Разве медсестра не могла заняться этим?
– Могла, но это, без сомнения, заняло бы у нее несколько дней, а завтра некому заменить Ингрид, поэтому моя мама… ну, директор школы, попросила меня помочь.
И почему он все еще учится в этой школе, когда ясно как день, что навыков у него гораздо больше, чем даже у наших учителей? Конечно, он все еще находится на стадии инициации, но это все равно глупо.
– Что ты хотела мне сказать? – добавил он, поманив меня за собой вверх по лестнице.
– В библиотеке произошло кое-что странное.
– Что? – спросил он, останавливаясь.
Нотка беспокойства в его голосе заставила меня улыбнуться.
– Я… мне приснился сон. Он ощущался так же, как когда мы видимся с тобой по ночам, но в этот раз во сне никого не было, хотя обычно я вижу тебя.
– Все нормально, было осознанное сновидение, – сказал он, возобновляя подъем. – Когда ты спишь, то видишь сны других людей.
Конечно, я уже думала о чем-то подобном, однако нужно же было мне найти предлог, чтобы поговорить с ним после того, как я так резко окликнула его.
– Ах да. Теперь понимаю.
Уровень правдоподобности: ноль.
В молчании мы добрались до женского этажа. Он оглянулся по сторонам, а затем заглянул мне в глаза.
– Итак, Ланеро, чем хочешь заняться сегодня вечером?
Я уже было приоткрыла рот, чтобы сказать ему, что мне все равно и раз он учитель, то пусть сам решает, но он предупредил мой ответ:
– Ну, я имею в виду, кроме перевоплощений в единорога, – хихикнул он.
Я рассмеялась. Он единственный, кому удавалось вызвать у меня это чувство – одновременно очаровывающее и выбивающее из колеи. Каждый раз, как он отпускал шутку или смотрел на меня так, как сейчас, мне казалось, что я парю над землей. Как будто в его глазах, кроме меня, больше никого никогда не существовало.
– А мы попробуем магнетизм? – наконец спросила я, взяв себя в руки. – Чтобы, если тебе когда-нибудь снова поручат кого-то лечить, я могла бы потратить на тебя немного своей энергии. Как сейчас. Ты белый как смерть, бедняга!
Мои слова заставили его улыбнуться.
– Ты слишком милая.
Я покраснела.
– Хорошо, попробуем, если я не упаду в обморок, – подытожил он, выпрямляясь.
Я не ответила. Он подмигнул и продолжил взбираться по ступеням лестницы, ведущей на пятый этаж, оставив меня наедине с бабочками в животе.
Глава 13
Глава 13
Поскольку я была постоянно занята, мы не виделись целую неделю. Наступила пятница. Мои предыдущие дни, как и ночи, сводились к работе и еще раз к работе. Если меня не было в классе, я была в библиотеке с Алисией или в снах с Гюго.
Стоя перед шкафом, я осмотрела одежду, грызя ноготь большого пальца. Можно было подумать, что я готовлюсь к вечеринке, но на самом деле я просто собиралась на урок – один из тех, что происходят в моих снах и которые проводит учитель, не похожий ни на кого другого.
Кроме того, эти наши уроки я любила больше всего: учеба вместе с Гюго – единственное, что делает меня счастливой в этой школе. Загвоздка в том, что мои чувства к нему усиливались с каждым днем. Я не смогла бы точно определить момент, когда мое сердце так прикипело к Гюго, но если я в чем-то и была уверена, так это в том, что наши отношения развиваются лишь в воображении. Я не эксперт, но внутренне я была убеждена, что мои чувства взаимны. Может быть, огонек дьявольской надежды всего лишь туманил мне взор, а, может, интуиция все-таки не подводила. Глаза никогда не врут. А взглядов, подтверждающих взаимность, между нами было предостаточно. Раздражение накатывало каждый раз, когда казалось, что Гюго принимает меня за нервную и глупую девчонку.
В то же время, как можно противостоять его обаянию? Меня привлекали сногсшибательное телосложение и загадочность, интеллект и сверхспособности.
Но, честное слово, я была не настолько на нем повернута, как могло показаться. И хотя я проводила большую часть наших уроков просто пялясь на него, я по-прежнему не отвлекалась от истинной цели этих ночных встреч. Кроме того, мы добились значительного прогресса во многих вопросах, что дало мне значительное преимущество перед однокурсниками первой ступени. Ингрид, также заметив мой стремительный прогресс, даже подумала о том, чтобы пересмотреть мой уровень и отправить меня пересдавать полугодовой тест досрочно. Так что сегодня в полдень она отвела меня к директору, чтобы обсудить эту идею, но, к сожалению, мадам Жорден отказалась повторно оценить мой уровень. «Это было бы несправедливо по отношению к другим», – объяснила она.