Округлая?

Маруся тотчас ощутила укол ревности, потому что в ней-то не было ни ладности, ни округлости.

– Представляешь, этот гад в лес сбежал! Я на него Аленке нажалуюсь… и ты, Ань, нажалуйся… а то я ненадолго тут. Бера и вправду проводить надо, чтоб не заплутал. Но потом вернемся, правда, если на курган, то долго выйдет…

– Ты бы переоделась, – проворчала Маруся, не зная, что еще сказать.

– На себя посмотри. – Таська отмахнулась. – Хотя… ты еще фоток наделай. Вань, тут же люди вокруг, это считается?

– Еще как считается… – Иван улыбнулся. – Бер, может, с вами…

– Да не, – мотнул головой Бер. – Мы ж так, перетереть о том о сем… туда и обратно.

– Мама сказала, чтоб на курган отвела. А там уже не наши земли, и лучше и вправду ночью… Марусь, не стой столбом… в общем, мы пошли, а ты тут давай, за хозяйку.

Вместо корзинки всучили стопку тарелок.

– Я помогу, – робко предложила Анна. – А у вас действительно поле конопли есть? Синей? Эльфийской?

– Есть.

– А вы уже контракты заключали? Я понимаю, что это не совсем вовремя, но… дело такое…

Анна забирала тарелки с вершины стопки и расставляла на столах, которых вот только что не было – и вот уже они появились.

– …Мой род готов дать рыночную цену, если содержание активных веществ более-менее соответствует. И я завтра проверю, если вы не возражаете… И мы могли бы подписать контракт. У меня хватит полномочий.

– На коноплю? Зачем она вам?

Вокруг ходили какие-то люди, с которыми Маруся знакома не была. Носили корзины и ящики. И кто-то резал хлеб, кто-то пластал сало…

До Маруси донесся запах жарящегося мяса. И вправду шашлыки. И гитара уже звенела вовсю. А потом Нита, обычно тихая, самая неприметная из девочек, запела вдруг.

Звонким-звонким голосом.

Надо же. Маруся и не знала, что Нита умеет.

– Так… масло… – ответила Анна. – Или экстракт из сухого сырья. Только надо, чтобы экструдировали правильно. Но если свежее, то масло. Для косметики.