Она покачала головой и указала на Рута. — Моя помощь — это уже возвращенный долг. Друг за друга, верно?

Он хлопнул её по плечу — его лучший способ проявить симпатию. — Друг за друга. Надеюсь, мне больше никогда не придется тебя видеть.

— Мы в этом солидарны, — от души рассмеялась она и направилась к массивной входной двери.

Я повернулась к волку, который сидел на полу справа от Данталиана; его огромные глаза блестели, а морда была самой печальной, какую я только видела.

Я слишком устала, чтобы злиться. Я просто хотела позаботиться о Данталиане.

— Эразм, проводи её, пожалуйста.

Он вскочил на лапы и пригнулся, чтобы ведьма могла снова сесть ему на спину. Она помахала нам рукой, и они вдвоем скрылись в направлении леса.

Мед подошел ко мне. — Мы отнесем его в комнату, чтобы он отдохнул.

Я рассеянно кивнула, ощущая, как наваливается расплата за всё пережитое за этот короткий срок.

Краем глаза я видела, как двое демонов уносят Данталиана, а Химена идет следом, нагруженная полотенцами. Я в тот момент была бесполезна.

У меня просто сорвало крышу.

Я открыла шкафчик, чтобы глотнуть виски. Обычно его пил он, но мне отчаянно нужно было что-то крепкое — то, что могло бы по одному выжечь мысли, кружащие в голове.

Голос Лорхана зазвучал в ушах так отчетливо, будто он был здесь.

«Это ваш фатум, и от него не убежать».

Я швырнула стакан на паркет, разбивая его вдребезги; звук немного унял огонь, текущий по венам. Не удовлетворившись этим, я подобрала осколки и начала сжимать их в ладонях, пока они не превратились в невидимую пыль.

Я игнорировала боль, игнорировала кровь, стекающую по запястьям.

— Блядь! Почему всё становится только хуже?!

Это была ловушка куда серьезнее, чем я могла себе представить.

До меня внезапно дошло: всё было просчитано заранее, чтобы заставить нас привязаться друг к другу, чтобы гарантировать — мы будем сражаться до конца. Они знали, что мы придем к убеждению: нет ничего страшнее смерти одного из нас. Что мы будем биться за спасение других больше, чем за свое собственное.