Неторопливо приблизившись, Уолтер посмотрел ей прямо в глаза и сказал так тихо, чтобы расслышала только она:

– Что, если ты ею стала?

Сердце замерло в груди. Джейн знала, что эти слова не несут в себе ни капли правды. Никогда, ни при каких обстоятельствах она не сделалась бы настолько значимой для Уолтера. Ни за что он не признался бы в собственных чувствах подобным образом. Он даже не был на них способен. Вот только под его проникновенным серьёзным взглядом Джейн не могла даже вдохнуть.

– Уолтер… – Помимо её воли имя прозвучало почти с нежным трепетом.

Он широко оскалился, получив желаемый эффект, и расхохотался.

– Шутка.

Вспыхнув, Джейн отстранилась. Уолтер не просто издевался – он ещё и дал остальным понять, что она зависела от него. Тем не менее никто не прокомментировал случившееся. Появление Норрингтона вывело всех из равновесия, и путники в последнюю очередь думали о том, не связывает ли его что-то с Джейн.

Ещё раз окинув взглядом разношёрстную компанию, он величественно поднял руку.

– Я забыл главное – поздравить вас, ведь далеко не всем удаётся сюда добраться… Приветствую в Долине Смерти!

Нервно поправив воротник, Уильям уточнил:

– Разве мы уже на её территории?

– Почти, отсюда уже рукой подать. Вы ведь не откажетесь от провожатого, который знает эти земли как свои пять пальцев?

Норрингтон улыбнулся шире, и стало ясно, что это не вопрос, а неизбежность, которую им придётся принять.

Тропа, которую он выбрал, и в самом деле совсем скоро привела их к небольшому поселению, затерявшемуся среди пустыни. «Тоска» – вот первое слово, приходившее на ум при виде редких домов, сделанных на скорую руку, вывесок, смотревшихся скорее жалко, чем завлекающе, и перекати-поле, спешащих в никуда по выжженной земле. Джейн ощущала себя как в абсурдном сне: тот, кому она поклялась отомстить, вёл в своё логово, а она следовала за ним как покорная овечка. «Глупо выходит: мы так стремились сюда, а теперь не знаем, что делать, – с горечью подумала она. – Пока у нас и нет другого выхода. Надо подождать и разведать обстановку».

От размышлений её отвлёк Золотой Змей, запульсировавший теплом. Джейн накрыла сумку ладонью. Девушку захлестнуло чувство, будто Змей узнаёт эти места. Почему именно такая догадка пришла на ум, Джейн не сумела бы объяснить: не было никаких признаков, подтверждавших это, и всё-таки она почти не сомневалась в своей версии. Аккуратно переместив сумку так, чтобы жжение не мешало, Джейн шепнула Змею:

– Потерпи чуть-чуть… Я всё выясню.

Путь не занял много времени, но солнце успело прогреть воздух, возвращая невыносимую жару. Ужасно хотелось пить. Просить что-то у Уолтера Джейн не собиралась, поэтому терпела. Осмотревшись, она убедилась, что улица пустовала, лишь из салуна доносились приглушенные звуки расстроенного пианино. Не только её обеспокоило запустение.