– А змей? – заволновалась Лита. – Как же змей, который украл солнце?

– Я знаю только златоносного змея, который живет в горе, – помрачнел он. – Но этот монстр никогда не выходит на поверхность. Страже приходится доставлять ему… еду. Раз в год мы молимся о тех девах, чья великая жертва обеспечивает процветание королевства. У каждого свой путь. Но вернемся к твоей судьбе, дитя. Если ты готова и у тебя нет вопросов, то мы можем приступить к церемонии.

– Не готова, – ответила Лита. – Мы сделаем это завтра.

– Но, Лита! – Корвин, которому священник сообщил о задержке, казался обескураженным. – Я объяснял – надо спешить.

– Завтра, – отрезала она. – Мне надо помолиться.

Она дождалась, пока кошка неспешно войдет в комнату и заперла за ней дверь. Села на стул, глядя в окно и не видя перед собой ничего – так глубоко погрузилась в темные мысли.

Это все правда.

Храма нет.

Корвин спас ее от неминуемой смерти: жизнь за жизнь, так он сказал.

Может, он и влюбился в нее с первого взгляда, но это сейчас неважно – странная мысль, ведь недавно Лита считала, что важнее любви нет ничего.

Оказалось, есть – сама жизнь.

В горы повезут следующую – Дезру, которая вечно изводила Литу своими ехидными подколками. А потом Эмилию, Анну, Мелиссу, Руту, Корину и остальных, и через пятнадцать лет маленькую Агнешку. Ее беленькие кудряшки к тому времени зазолотятся и превратятся в роскошные локоны.

Кажется, Лита задремала, потому что, когда она вынырнула из забытья, солнце уже садилось.

Оно восходит и заходит без всяких молитв. Священник не врал, и Клара тоже, и Корвин – особенно он. Раньше она видела мир в кривом зеркале, но теперь оно разбилось.

Лита вздрогнула от тихого стука.

– Ты в порядке? – спросил Корвин. – Лита, может, поговорим?

Она приоткрыла дверь и посмотрела на его лицо, взволнованное и растерянное. Лита думала – он ее предназначение, но теперь увидела свой путь отчетливо и ясно.

– Я обидел тебя? – спросил Корвин. – Ты не хочешь выходить за меня замуж?

– Очень хочу, – ответила Лита. – Я люблю тебя, Корвин.

Шагнув к нему, она быстро поцеловала его в губы и отступила назад, в спальню. Белла, устав от заточения, задрала хвост и сбежала из комнаты прочь.