- В Дашке сила, которая ему нужна, во мне – тело и гончая, тоже достаточно сильная, чтобы помочь ему воплотиться. Полагаю, моя душа ему без надобности. Угости, - киваю на пачку. Саныч протягивает мне сигарету, помогает прикурить, отступает от стола. А я с наслаждением втягиваю в себя дым. Он продирает горло кошачьими когтями, забивает вкус гнили во рту, почему-то делает реальность на несколько миллиметров ближе. Я все еще пытаюсь прорваться к ней через зыбучие горячие пески чужих воспоминаний и чувств.

Зарецкий сзади странно застывший и молчаливый, его руки тяжелые и медленное, тягучее дыхание.

- На сколько смерть Алины ослабит эгрегора? – задает вопрос Волков, конкретно ни к кому не обращаясь, скорее рассуждает вслух, чем стремится получить ответ.

Я молчу, делаю глубокую затяжку, до рези в горле, смотрю в стол, все еще ощущаю тяжелый взгляд Гада на себе. У нас с ним странные отношения: больше похоже на холодную войну. Я понимаю, почему он так ко мне относится, он понимает, что я понимаю, и на этом, в общем-то, и все. Я не вижу смысла в том, чтобы прикладывать усилия и что-то менять, Ярослав, похоже, тоже.

- Надо вытащить Самаэля, - продолжает Змеев. – Он сможет…

- Нет! – рявкаем в один голос я и Саныч, и складка на лбу Волкова становится глубже, а взгляд еще более хищным.

Саныч дергает головой, не торопится что-то объяснять главе Контроля, только принимается щелкать крышкой зиппера, и лязганье металла напоминает звон цепей.

- Самаэль откажется убивать Алину, - вместо него тихо и ровно поясняет Аарон. Слишком тихо, слишком спокойно. И я готова отдать весь свой ад, чтобы узнать мысли, которые роятся в его голове. Спокойствие падшего не напускное, и почему-то тревожит меня больше всего остального. «Безнадега» тихо поскрипывает досками как будто в ответ на мое напряжение, словно пробует шептать успокаивающие слова.

- Наоборот, - продолжает Аарон, - сделает все, чтобы сохранить ей жизнь и посмотреть, понять, что получилось и как.

Гад ориентируется тут же, переобувается на лету, поражая скоростью, и все еще обжигая холодом взгляда.

- Элисте, а ты…

- Даже не думай, - Волкова снова затыкают и снова Зарецкий. В полутонах низкого голоса – лед.

- Зарецкий, нам нужен сильный собиратель, чтобы убить Алину, мы оба это понимаем, - шипит Гад. – И так уж сложилось, что Элисте – сильный собиратель. С учетом всего случившегося, скорее всего, единственный собиратель, который способен…

- Мара Шелестова, - усмехается зло Аарон, поднимаясь вместе со мной, - тоже способна извлекать души. Всего-то и надо, что затащить… - он делает странную паузу, словно подбирает слова, - марионетку в отель. Давай предложим ей убить тварь и посмотрим, сможет ли? Думаю, эгрегор не откажется от нефилима.