Я тороплюсь, сама не понимая почему, но отсутствие Аарона тревожит. Одеваюсь наспех, слетаю вниз. На кухне ведьмы, Дашка и Вискарь. Аарона нет, и что-то подсказывает мне, что нигде в доме я его не найду. Пробую успокоиться, но толком не выходит: на коже мурашки, волоски дыбом.

- Эли? – хмурится Дашка, удивленно рассматривая меня. Взъерошенную, наверняка, со следами сна и тревоги на лице.

- Где Аарон?

- Ушел, - сухо отвечает Данеш, небрежно поправляя шаль на плечах, она спокойна, смотрит немного надменно.

- Куда ушел, он что-нибудь говорил? О чем-нибудь спрашивал перед уходом?

- Не суетись, - ударяет казашка тростью об пол, вызывая полный упрека взгляд Вискаря, которого слишком громкий звук заставил поднять голову от тарелки. – Приведи себя в порядок, умойся и спускайся. Ничего с твоим падшим не случится.

Я с шумом втягиваю в себя воздух, выдыхаю так же шумно, стискиваю челюсти.

- Данеш, это важно. Где Аарон? О чем он говорил с тобой?

Я уверена, что они о чем-то говорили, а еще уверена в том, что Зарецкий не в «Безнадеге». Сегодня мозг соображает лучше, чем вчера, я понимаю, что не давало мне покоя, вспоминаю, о чем хотела спросить Зарецкого, но так и не спросила. И тревога растет во мне снежным комом, тем больше, чем дольше молчит и поджимает узкие губы ведьма.

- Эли? – напрягается будущая верховная.

- О чем он спрашивал, Данеш? – цежу я по слогам, шагая к восточной. Готова выбить из нее ответ, если понадобится. Понимаю, что, скорее всего, пугаю Дашку, но выяснить все сейчас важнее.

- О том, что именно мы делали с Алиной, - поворачивается от плиты ко мне японка. – Как глушили в ней ад.

Черт!

- Не говорил, куда ушел?

- Нет, - цедит верховная.

- Эли, что случилось? – Лебедева срывается со стула, подлетает ко мне, цепляется за футболку, пока я пытаюсь понять, что делать. Надо позвонить Санычу и Волкову, в «Безнадегу», бармен наверняка там.

Найду - убью!

Если успею…

- Эли? – взволнованная Дашка снова тянет за футболку, легко толкает меня в грудь другой рукой.

- Аарон ушел за марионеткой. Он понял вчера, кто это, - тру я виски. – И надо его найти, потому что он не понимает, с чем имеет дело. Даш, прости, - я отрываю руки мелкой от себя, разворачиваюсь на пятках и бегу назад в комнату, за оставленным там мобильником. Сначала Саныч, потом остальные.