– Присядь-ка.

Те же горы бумаг захламляли стол; те же самые женщины в тех же вульгарно откровенных позах глядели со стен. Тоби сложил руки на животе:

– Хочешь знать правду о том деле? Одни люди желают усыновить ребенка и сталкиваются с трудностями. А другие отказываются от детей, которых дарит им Господь. Не могу отстаивать законность того, что я делал, но вот что касается морального аспекта…

– Да какой моральный аспект – вы продавали детей, – перебил я.

– А агентства по усыновлению работают задаром?

– Они не похищают детей и не врут матерям, что их дети умерли.

– Ребенок заслуживает хорошей семьи. – Тоби развел руками. – Я, например, люблю делать людям добро. Я заботился о твоей бабушке, заботился о твоей маме, теперь собираюсь позаботиться о тебе. В тот день, когда меня, упирающегося и вопящего, потащат на тот свет в объятия симпатичной дамы с косой, ты получишь весточку от величайшего из всех адвокатов – мистера К. Клейтона Крича, и твоим долгом будет привезти свою задницу сюда, в Эджертон. Я не шучу. – Сверля меня глазами, которые казались неестественно огромными за стеклами очков, Тоби пытался убедиться, что я его понял. – Ясно?

– Ясно, – кивнул я.

– Надо бы дать тебе детальную информацию. – Тоби вытянул из бумажника визитную карточку.

К Клейтон Крин, адвокат

Эджертон, Иллинойс

Пэддлвил-роуд, 7

В левом нижнем углу был напечатан номер телефона, а в правом нижнем – «К вашим услугам в любое время».

– Если попадешь в какую беду в наших краях – в первую очередь звони этому парню. Обещаешь?