– Привет, Дамиан.

И мой голос прозвучал как одурманенный – настолько я стала спокойна.

– Привет, – улыбнулся он мне сверху.

Я заморгала.

– Мне так хорошо… не помню, чтобы когда-нибудь ты меня так сильно успокаивал, и так быстро.

– Ты ведь любишь Мику?

– Да, – нахмурилась я.

– Ты любишь Натэниела?

Я нахмурилась сильнее:

– Да, но это все ложь.

Он погладил меня рукой по шее, лицо склонилось ко мне.

– И это ощущается как ложь?

– Нет, – тихо-тихо сказала я.

И следующие слова он выдохнул почти мне в губы:

– Вы все любите друг друга. Разве это не важнее, чем то, откуда взялась любовь?

Под прикосновением Дамиана вполне разумно было ответить:

– Важнее.

Он поцеловал меня, и эти губы, которые я сделала полнее, аппетитнее, накрыли мои. Потом он отодвинулся, прошептав:

– Любовь слишком большая драгоценность, чтобы бросаться ею, Анита.

Он был, конечно, прав. Он был прав, но совсем на меня не похоже – так быстро понимать логику. Очень, очень не похоже.