Джоуи снова замолчал. Потом кивнул.
— Чего хочет «это»?
— «Это» хочет занять трон. «Это» будет властелином… тысячу лет.
Квинс тоже упоминал то ли корону, то ли трон.
— Что такое «это», Джоуи? Что такое? — пытался вдохнуть энергию в мальчика Дойл, чувствуя, что силы больного тают.
Лицо Джоуи стало белым как мел. Казалось, он пытается проникнуть в глубь чего-то непостижимого. Изо рта сочилась окрашенная кровью слюна, грудь тяжело вздымалась, голос был едва слышен.
— У «него» много имен. «Это» существовало всегда. И ждет своего часа по ту сторону. Души питают «это»… «Это» питается ими, убивая их, но никогда не насытится… Даже Великая война не насытит «это»…
Мальчик глубоко вздохнул и широко раскрыл глаза; взгляд был ясным и осознанным. Мальчик смотрел на Дойла, словно стесняясь собственной беспомощности.
— Джоуи! — позвал Дойл.
Улыбнувшись, Джоуи кивнул и перевел взгляд. Мальчик с трудом поднял руку и указал на Спаркса.
— Он — архат, — отчетливо проговорил мальчик.
Спаркс был взволнован, в его глазах на секунду промелькнул страх. В этот момент в груди Джоуи заклокотало, и Дойл увидел, как из горла мальчика брызнула густая, алая кровь. Тело Джоуи обмякло, и Дойл скорее почувствовал, чем понял, что жизнь покинула его.
— Он умер? — сдавленно прошептал Спаркс. Дойл молча кивнул.
— Нам нужно убираться отсюда. Как можно скорее, — нервно произнес Спаркс. — Иначе нас засыплют вопросами…
Спаркс схватил Дойла за руку и с силой потянул его к дверям. Сестры и врачи все еще успокаивали перепуганных и крайне возбужденных детей. В дверях с противоположной стороны палаты появились полицейские. Спаркс резко повернулся и направился к другим дверям. Заметив Дойла и Спаркса, акробаты ринулись за ширму. Внезапно дорогу Спарксу преградил Большой Роджер.
— Чего там с моим мальчишкой, мистер? Имею право знать, правильно? Я платил за него, целое состояние на него ухлопал…
В это мгновение из-за ширмы раздался крик.
— Он мертв! Наш Джоуи мертв!
Большой Роджер схватил Дойла за грудки.
— Ну, говорите, чего вы с ним сделали? — прошипел клоун.