– По просьбе Карла?

Инге молча развела руками – мол, по чьей бы еще?

– И это оказался Руперт?

– Он самый. Как всегда, в тугих шелковых брюках, натянутых прямо на голый член. Я узнала его сразу, как только увидела из окна, – когда он еще шел по улице, разглядывая вывески. Он вошел в кафе, огляделся, увидел меня и просиял: я ему явно понравилась.

– Как он тебя узнал?

– Я держала в руке черный дождевой зонтик, хоть погода была солнечная.

– О, Боже! Совсем как в кино!

– Для него это и было кино! Он подошел и сел напротив меня, так что сумка с ракеткой оказалась на стуле между нами. Я уже заказала по чашечке капучино для нас обоих. Он взял свою чашку, пригубил и спросил про фонтан Тренто. Я ответила как следовало. Он допил кофе, взял сумку и ушел.

– И все?

– Почти все. Если не считать того, что пока он пил свой капучино, он успел пригласить меня пообедать с ним в каком-то супермодном ресторанчике, где по вечерам собирался римский артистический авангард.

– И ты согласилась?

– К счастью, нет, – ведь подразумевалось, что в конце вечера я должна пойти с ним в койку.

– Ты знаешь, что было в сумке?

– Карл мне не сказал, а я не спросила. Я уже привыкла ничего лишнего у него не спрашивать.

– И даже не спросила, зачем вся эта таинственность с зонтиком и паролем?

– Можешь не сомневаться, что у Карла на все было вполне разумное объяснение. Зато сколько бессонных ночей я потратила потом, чтобы ответить себе, была ли в сумке просто взрывчатка или боеголовка той ракеты, которую запустили в окно премьер-министра Италии вскоре после моей встречи с Рупертом!

– Как ты думаешь, а Руперт знал, что в сумке?

– Скорей всего, нет. Иначе его бы тоже судили. А его потаскали-потаскали на допросы и отпустили. Так что он почти без затрат превратился в настоящего героя.

– Интересно, он вспомнил тогда о вашей встрече в Гейдельберге?

– Не думаю. Вряд ли он меня узнал. Он небось за свою долгую жизнь не за одной девушкой гонялся по улице. Но зато сегодня, когда он стал припирать меня к стене, та история в Гейдельберге оказалась мне очень кстати. Я напомнила ему, как он сбежал из зала, готового к бою с полицией. И сразу сбила его с толку.