— Враг слабеет, Враг теряет могущество — надолго ли? — но остается очень опасным. Ему уже не удается действовать с помощью грозных чудес, по иным законам… без помощников… хотя неопределенность тут очень велика, все зависит от общего состояния системы… Слишком много факторов, которые трудно, а подчас и просто невозможно учесть. Но пока силы Врага не беспредельны. — Голос на мгновение умолк. И я понял, что мне знакомы зти слова: прощальное послание Славии…

— И увидел я другого зверя, выходящего из земли. Он имел два рога и говорил как дракон… — вновь зазвучал Голос. — В Книге книг действительно есть откровение, но очень многое понято не так… воспринято не так… Откровение преломлялось несовершенным сознанием воспринимающих, поэтому там слишком много искажений. И в пророчествах о будущем тоже могут быть ошибки или неполное знание. Враг крайне опасен…

— Но его все-таки можно одолеть? — воскликнул я. — С ним можно бороться?

— Ты теряешь время, Леонардо-Валентин Грег… хотя здесь и нет времени в вашем понимании. Однако есть угроза закрытия обратного пути.

— Хорошо, — торопливо сказал я. — Стоит ли рассчитывать на помощь каких-нибудь светлых сил?

— Рассчитывайте только на себя, — прозвучал непреклонный ответ.

— А все-таки?

— Ты теряешь время, Леонардо-Валентин Грег, — повторил Голос. — Считай, что многое здесь зависит от вас самих.

Я чувствовал, что очень рискую, что путь назад действительно может вот-вот закрыться, но у меня было еще столько вопросов!

— Зачем все эти ужасы с транквилизаторами? Чтобы дать знать о себе? Запугать? Вызвать массовый психоз? Добиться всеобщего поклонения, отвратить людей от Спасителя?

— Враг опять пробует вас на излом, Леонардо-Валентин Грег. Возможно, совсем неспроста вы оказались разъединенными, разбросанными по разным мирам. Возможно, видения вашего знаменитого Колдуна — вовсе не благо.

— Тогда проще было погубить наших предков еще на Земле, — пробормотал я, вновь охваченный прежними подозрениями: Голос повторял мои собственные мысли, облекал их в словесную плоть!

— На Земле вас хранила единая сила веры. До поры… — Голос вдруг запнулся.

— А теперь он уповает на неизбежную победу и начал с Серебристого Лебедя? Почему именно с Серебристого Лебедя, почему именно здесь находится вход в Преддверие?

— Вероятно, вход не один. Но наступление началось именно на Серебристом Лебеде. Почему? Этот вопрос тебе нужно было бы задавать не мне, Леонардо-Валентин Грег. Враг намерен вырваться изо льдов и использует наиболее удобную лазейку.

— Изо льдов… Значит, Данте был прав?