2 ТЕЧЕНИЕ ЖИЗНИ

2

ТЕЧЕНИЕ ЖИЗНИ

Станислав Лешко, заложив руки за голову, лежал в темноте на диване в комнате Леонардо и смотрел в окно. Мягкий свет струился от аккуратных домиков, весело мигала на площади вывеска ресторана «У подножия Альп». Над городскими огнями нависало плотное, совершенно темное пространство — там скрывался невидимый сейчас склон, поросший соснами, — а еще выше, соперничая яркостью с вывеской ресторанчика, горели крупные и, казалось, очень близкие звезды. Станиславу представилось, как Лео еще мальчишкой так же вот лежал на этом диване и смотрел в ночное звездное небо…

Прохладная простыня и прохладное легкое одеяло приятно освежали тело, и хотелось безмятежно закрыть глаза, распахнуть дверь кладовой со всякими необязательными ленивыми мыслями и дать им возможность медленным хороводом кружиться в голове, исчезать и вновь появляться, расплываться и незаметно перетекать в сон. Тем, кто вдыхает этот горный воздух, должны сниться только легкие и хорошие сны.

Но Станислав Лешко никак не мог заснуть.

Он поужинал вместе с немногословными и печальными родителями Леонардо, потом прогулялся по тихим вечерним улицам и посидел на почти безлюдной открытой веранде ресторана «У подножия Альп», потягивая легкий коктейль. Играла еле слышная медленная музыка, три девушки, окружившие столик у края веранды, весело обсуждали какие-то свои дела; время от времени они поглядывали на ступени, ведущие из нижнего зала ресторана, словно кого-то ждали. В самом углу веранды, лицом к Станиславу Лешко, расположился пожилой бородатый мужчина в строгом сером костюме. Привалившись к столу, он то и дело отхлебывал из высокого вместительного бокала, и после каждого длинного глотка бросал в рот какие-то темные шарики, горкой лежащие в вычурной вазе перед ним — то ли сладости, то ли фрукты, то ли еще что-нибудь из местной кухни. «Из местных закусок», — поправил себя Лешко, потому что бородатый господин пил, кажется, не коктейль и не сок. Голова его уже начинала слегка покачиваться из стороны в сторону, и амплитуда колебаний, как отметил Лешко, постепенно становилась все больше.

Он уже собрался покинуть тихую веранду и отправиться спать, когда господин, с шумом отодвинувшись от столика вместе с плетеным стулом, сделал попытку подняться. Со второго раза это ему удалось и он, цепко зажав в кулаке свой бокал и делая другой рукой какие-то жесты, направился прямиком к столику Лешко, ступая по полу, как по болоту. Станислав внутренне поморщился и тоже поднялся, всем своим видом демонстрируя, что его время истекло и пора идти ложиться спать — не было у него настроения выслушивать какие бы то ни было откровения слегка подгулявшего местного жителя.