Он задохнулся.

– Это не поддается описанию!

– Все, что присуще человеку, поддается описанию человеческим языком, – сказал священник.

– Но это… нечто потрясающее, то, что изменит все наши взгляды на… перевернет мир… научный мир, по крайней мере.

– И не будь дагора, – услужливо подсказал священник, – вы бы не сумели увидеть этого.

– Да. Да!

– Вам это не кажется странным?

Лорд Аттертон тоже присел на корточки. В сумерках его лицо неожиданно показалось юным и беззащитным.

– Теперь я думаю, – сказал он, – что именно для этого он и предназначен. Чтобы помочь нам увидеть. Это… послание… весть… прибор. Вроде подзорной трубы или микроскопа – понимаете?

– Отлично понимаю, – сказал отец Игнасио. Он помолчал, потом спросил: – И все же, как вы намерены избавиться от него? И когда?

– Избавиться? – удивился Аттертон. – Но зачем?

Потом, словно спохватившись, сказал:

– Да, конечно. Но я еще не думал над этим. Мне надо… я хотел принести эти вещи, эти сокровища к ногам Элейны. Но я…

– Да?

– Должен вернуться. Понимаете, то, что там, – это нельзя оставить вот так… ждать еще ночь, целую ночь… Я должен…

– Это может быть опасно, – сказал отец Игнасио.

– Что вы! Это совсем… это нечто… благосклонное… прекрасное… Я хочу попытаться…

Он безумен, подумал священник. Что он там видел такого, что свело его с ума? Его надо остановить, не пускать. Но как? Увести его отсюда силой? И как далеко им удастся уйти?

– И долго вы намерены там пробыть? – спросил он.

– К утру вернусь, вероятно.